Лотерейка
– Вот он просит месяц, второй, год просит. А помощи все нет. И вдруг голос с небес «Да ты хоть лотерейный билет купи!» Анекдот был старый и не смешной, но охранника дядю Васю все в магазине уважали и привычно прыснули со смеху.
Сергей маялся от безделья, ожидая, когда на смену заступит Люська, продавщица овощного. Домой нужно было купить картошки, а Люська почему-то опаздывала, хотя он очень точно подгадал время. Безусловно, картошку мог отвесить и Рустам, хозяин отдела, но Сергею казалось, что девушка питает к нему особую симпатию. Не случайно ведь, приходя домой, он периодически обнаруживал в пакете с покупками то апельсин, то грушу, то еще что-нибудь не по списку. Люська ему определенно симпатизировала.
Так что смысл подождать был. Скользя рассеянным взглядом по прилавку со жвачкой и презервативами, Сергей вдруг заметил лотерейные билеты. Да и дядя Вася ведь не случайно рассказал бородатый анекдот именно про лотерейные билеты. Может быть, это был знак? Денег на карточке было в обрез, но завтра день рождения. Может ведь он позволить себе подарок.
– Пачку сигарет и лотерейку. Не, не с выигрышем квартиры, там точно жулье придумало. Вон ту синенькую, там, где «исполнение желаний» написано, – сердце вдруг бешено заколотилось, предчувствуя удачу. Сжимая в руке лотерейный билет, забыв про картошку, Сергей бросился домой.
Длинноногая блондинка в короткой юбке, лучезарно улыбалась с экрана телевизора. – А теперь мы разыгрываем джек-пот, сумма которого сегодня составляет двадцать три миллиона четыреста восемьдесят шесть тысяч рублей. Барабан на экране стремительно крутился, блондинка выкрикивала выигрышные номера – шесть, восемь, четырнадцать, три.
Голова закружилась, и телевизор на мгновение поплыл перед глазами. Выиграл? Не веря своим глазам, четыре раза сверил цифры, мигающие на экране телевизора с цифрами на билете. Точно выиграл!
Люська только закончила выкладывать апельсины на прилавок, как из подсобки раздался голос Рустама, – Людмила, зайдите к нам, пожалуйста. В подсобке, помимо Рустама, стоял Сергей в новом дорогом костюме с букетом цветов.
– Людмила, позвольте пригласить Вас на день рождения? – Сергей, выиграв столь внушительную сумму, осмелел, приоделся и решил, что Люська заслуживает мишленовского ресторана, как минимум.
Люська перевела недоуменно-вопросительный взгляд с Сергея на Рустама. Тот одобрительно и живо кивал головой, – Выходной, выходной тебе даю. Два выходных даю. Иди, чего встала. Хороший человек зовет, уважаемый человек.
Люська, хлопая нарощенными ресницами, пару секунд переводила взгляд с одного мужчины на другого. Затем, покрутив пальцем у виска, круто развернулась, – Ага, щас, какой выходной? Какой день рождения? Совсем с ума посходили. Мне еще овощи принимать!
Рустам недоуменно развел руками, – Извини, дорогой, не хочет она, – Сергей, сунув ему букет, медленно вышел из магазина.
Сергей отмечал день рождения в гордом одиночестве, если не считать бутылку виски, которую он купил на последние деньги. Лотерейный билет с выигрышем можно будет обналичить на днях, так что сегодня он решил ни в чем себе не отказывать.
Жаль, конечно, что Люська не пришла на праздник, но, как говорится, кто их женщин разберет чего им нужно. Так что, сейчас он смотрел старую комедию и потягивал содержимое бокала, размышляя о прожитых годах, о знаках, в виде пошлых анекдотов, и о том, как он правильно воспользовался подсказкой вселенной.
Четвертая порция виски ударила в голову. Сергей почувствовал легкое головокружение, в глазах стремительно потемнело. Стакан с темной жидкостью выпал из рук и, со зловещим дребезжанием, куда-то укатился. Пол, предательски раскачиваясь, стремительно приближался.
– Сергей, что случилось, Сергей, вам плохо? – голос соседки доносился откуда-то издалека.
– Дедушка, я торт купила, как ты любишь. Тебе плохо? Вызовите скорую, – голос внучки, все-таки приехавшей проведать его на день рождения, прорывался сквозь шум в ушах.
Скорая помощь приехала спустя два часа. Врач – немолодая уставшая женщина – констатировала смерть и занялась бумагами.
– Почему умер, почему умер. Ну что за вопросы глупые – пора пришла, вот и умер, – бормотала она, открывая паспорт покойного, – Смирнов Сергей Васильевич тысяча девятьсот тридцать первого года рождения. Ого! Девяносто лет. День в день... Подпишите вот здесь.
Посреди гостиной на цветастом советском ковре в лужице темной жидкости медленно размокал счастливый лотерейный билет, до которого никому не было дела.