Петрович немного ошалел, и неуверенно нажал на цифру один. Тот же голос после короткой паузы проговорил:
— Если вы хотите заказать погоду на завтра — нажмите один. Если вы желаете заказать погоду длительный срок — нажмите два.
Петрович, не думая, опять надавил на единичку. Тот же голос сказал.
— Говорите, наш разговор записывается, чем больше подробнее будет ваше пожелание, тем точнее оно будет исполнено.
В трубке послышался короткий сигнал, и Петрович быстро изложил своё пожелание:
— С утра солнечно, после 12:00 небольшой снег с дождиком. А вечером пусть будет звёздное небо.
— Заказ принят, — ответил всё тот же милый голос. Рады были вам помочь. Обращайтесь. Наши цены вас порадуют.
Петрович дал отбой и задумался. Вот так просто, и что же дальше?
* * *
С утра было солнечно, а ровно в полдень пошёл лёгкий снежок с капельками дождя. Такое сочетание всегда радовало Петровича. Снежинки ложились на землю и тут же таяли.
А вечером на небе высыпали звёзды. Космос был где-то совсем рядом.
Сентябрь 2023 года
Глава 6. Страшилки
1
Петрович был не из пугливых. За свою жизнь он не раз попадал в ситуации, в которых даже довольно сметливые люди, растерялись бы и не могли бы принимать правильные и разумные решения. Петрович же наоборот в сложных ситуациях умудрялся сконцентрироваться, действовать быстро и решительно. Скорее всего эти навыки он приобрёл ещё в детстве. Дворовые игры требовали сноровки и хорошей реакции.
Случались, конечно, и ошибки, и неправильные скорые решения, но и исправить их удавалось опять же благодаря быстрой реакции и трезвости рассудка.
Если чего и боялся Петрович, то это подлости и предательства. Открытый и доверчивый, особенно по молодости, он конечно же сталкивался с непорядочными людьми, которые ставили свои интересы превыше всего прочего, и шли напролом, не считаясь с другими. Из таких ситуаций выходить было труднее всего.
Но и тут, со временем, Петрович научился разбираться в людях, и с теми, которые могли его, грубо говоря, кинуть, старался не иметь никаких дел. А уж если другого выхода не было, то вёл себя жёстко и требовательно. За этого его уважали. Про себя Петрович говорил, что он боится только белок!
2
Самым своим близким друганам Петрович как-то признался, что в детстве панически боялся собак. Особенно, когда гонял на своём велосипеде по окрестностям. Ему всё казалось, что вот эта шавка, которая так злобно гавкает, сейчас догонит его и цапнет за пятку. И только сильнее давил на педали. Но обычно всё обходилось без крови.
Собака его-таки укусила, когда он уже был совсем взрослым. Причём произошло это в самом центре города. Стайка бездомных дворняжек пробегала мимо, и одна из них походя, не по злобе, а как бы играючи, цапнула его чуть повыше щиколотки. Даже капелька крови выступила. С тех пор Петрович собак не боялся, а стал относиться к ним с уважением и пониманием.
А с хозяйками собачек так вообще любил знакомиться во время своих вечерних прогулок. И потом при очередной встрече здоровался сначала с собачкой, а потом и с хозяйкой.
Сам Петрович домашних питомцев никогда не держал, хотя дети частенько его об этом просил. Степановна тоже хотела как-то завести котика, но Петрович её отговорил. «Даже и не думай, сначала котика в дом приведёшь, потом собачку, а потом и про меня совсем забудешь! — шутил он. — И на детей времени меньше будет». Был он, возможно, и неправ, но Степановна идти наперекор мужу не хотела.
3
Петрович сохранил свою природную доверчивость до седых волос. Так что ему приходилось держать ухо востро. Друганы любили над ним подтрунивать, а порой просто откровенно вешали ему лапшу на уши. Пока он наконец не спохватывался, и не разгонял их поганой метлой. А они веселились и строили ему рожи.
Первое апреля Петрович вообще тихо ненавидел, старался на этот день никаких встреч не назначать, а вообще проводить его в одиночестве в своём гараже. Удавалось это не всегда, да и бдительность он иногда терял. И тогда его раскручивали по полной. И он нёсся куда-нибудь с широко раскрытыми глазами, прихватив с собой ящик с инструментами. Кого-то надо было спасать, или устранять крупную неполадку, или ликвидировать последствия аварии.
А потом оказывалось, что его просто разыграли. Петрович злился, но недолго. Был он по характеру человек отходчивый, и долго зла не помнил. Шутки ценил и понимал. Если они, конечно, были не сильно злые. «Во всём должна быть мера», — полагал он.
Петрович и сам был не против подшутить при случае над кем-нибудь из своих друганов. Шутки эти были добрые и забавные. Никто за них на Петровича не обижался.