Он почувствовал, что монетка до сих пор хранит тепло руки Степановны.
Петрович так и не смог понять, как эта памятная монетка оказалась у него в пиджаке, почему он не обнаружил её раньше, и вообще, что всё это значит.
Сентябрь 2023 года
Глава 4. Кинофильмы
1
Когда Петрович был пацаном, и звали его не Петрович, а просто Васька, и жил он с родителями на городской окраине, он, как и все ребята в округе, любил кино. Кинематограф, как тогда говорили. Фильмов для детей тогда почти не было, так что они старались правдами и неправдами проникнуть на взрослые. Самое раздолье было летом, когда открывались кинотеатры на свежем воздухе. Так называемые летние кинотеатры. И хоть вход туда был платный, шустрым мальчишкам удавалось просочиться без билетов, или смотреть кино откуда-нибудь издалека, забравшись на дерево.
Взрослые их, конечно, гоняли и ругали, и наказывали, но побороть детскую тягу к прекрасному не могли. Детское любопытство неистребимо. Кино поражало воображение. Как можно заставить двигаться на экране людей и животных, когда на плёнке есть только отдельные кадры. Можно и фотографии с такой плёнки напечатать, а заставить двигаться — это было совершенно непонятно.
Позже они, правда, и сами научились делать небольшие движущиеся киношки, рисуя человечков в уголке учебника, и быстро пролистывая страницы. У некоторых, кто хоть немного умел рисовать, получалось очень даже здорово. Такими учебниками менялись, отдавая в придачу что-нибудь из своих запасов. Там уж, как договорятся.
Васёк с самого детства неплохо рисовал, и его учебники с картинками шли нарасхват. Учителя, конечно, ругались, и родителей в школу вызывали, но доказать, что это именно Васёк рисовал, не могли. Так что оставили и его, и других одноклассников в покое.
2
Когда Васёк подрос, и заканчивал среднюю школу, он досконально изучил вопросы кинопроката, устройство аппаратуры, да и сам процесс печати. Печатал он пока только фотографии, и плёнки сам проявлял, но уже знал, что тоже самое применяется и для киноплёнки. Разве только процесс сложнее из-за объёма материала, который необходимо обработать.
Вместе с тем Васёк по-прежнему любил кино, и не уставал поражаться тому, как можно запечатлеть мгновения, и насколько достоверно выглядит жизнь на экране.
Однажды, когда ему было лет четырнадцать, Васёк оказался вечером в центре города, где на площади был установлен огромный экран. И там по вечерам показывали документальные фильмы или кинохронику для всех желающих и бесплатно. В тот вечер показывали документальный фильм про гражданскую войну в Испании. Кадры бомбёжки мирного города поразили его, он как бы стал не только свидетелем, но и участником того ужаса. И вместе с тем ощутил на себе несправедливость этого мира взрослых, которые вот так могут убивать и калечить друг друга. Он стоял в толпе, и слёзы текли у него по щекам. Тогда-то он впервые ощутил на себе волшебную силу кинематографа.
Кадры немого и звукового кино завораживали его. Только много позже он понял, что не всему, что показывают на экране можно верить. Что кроме правды, там, даже в большей мере, присутствует откровенное враньё в угоду каким-то неведомым целям и задачам. «Доверяй, да проверяй!» — понял он, получив несколько очень болезненных жизненных уроков.
3
Любовь к кино сохранилась у него и тогда, когда он стал полноценным Петровичем. Уже поступив в Училище, он целое лето проработал помощником киномеханика в летнем кинотеатре. Была у него такая подработка. В технике он прекрасно разбирался, и знал все тонкости этого довольно хитрого дела. Плёнки были старые, закатанные, клееные переклеенные, так что возни с ними было много.
Зато Петрович в то лето пересмотрел всё, что находилось в прокате, да ещё и по нескольку раз. Ему нравилось пересматривать фильмы, каждый раз находя новые детали, замечая ранее пропущенные мелочи. Он проникался мыслями о том, насколько многообразна жизнь, если даже в том, что отражено в кино так много подробностей, уж не говоря о всяких там сюжетных линиях и поворотах. И ещё он понял, насколько люди разные, а уж характеры! И это ведь в кино, а в жизни всё намного сложнее и запутаннее. Даже удивительно, как при этом можно жить и общаться.
Другое дело на стройке — там всё было просто и понятно. Вот раствор, вот кирпич, только успевай разворачиваться. И никаких там тебе экивоков.
Как-то Петровичу в ремонт принесли любительскую кинокамеру формата 2*8. Он очень удивился этому чуду. В камере использовалась обычная 16-миллиметровая плёнка, хорошо ему знакомая. Но использовалась она здесь два раза, а потом разрезалась вдоль на две части. Так что кадр там получался совсем крохотный — 3,55*4,7 мм. И ведь что-то можно было разглядеть потом на небольшом экране. Принесли ему и проектор для такой плёнки.