— Меркурий, — сообщила она.
— Ты уверена? — спросил Дулитл. — Я ничего не вижу.
— Иногда недурно иметь острое зрение, — парировала Иерхарт.
— Меркурий, — задумчиво повторил Бак.
— Они поддерживают РАМ, — подтвердил Дулитл. — Именно поэтому Кемаль у них как колючка в боку.
— Наверное, они окружили наших, — сказал Бак. — Это единственный способ их удерживать. Сенсоры не работают, ничего не видно, связь минимальная — можно только ждать, пока противник уйдет из облака.
— Логично, — согласилась Иерхарт. — Но что будем делать?
— Единственное, что мы можем сделать, — это попытаться проделать проход в блокаде с нашей стороны. То есть атаковать на пределах видимости и огонь вести наугад, учитывая, что мощность рассеивается.
— А почему не подкараулить их снаружи? — спросил Дулитл.
— По простой причине: топливо у ребят кончится раньше, чем меркуриане израсходуют пыль.
— Пожалуй, — согласился ведомый Бака.
Бак настроил линию связи.
— «Окоп», я «Повстанец-1». Вызываю «Кучера».
Линия застрекотала — техник соединял Роджерса с Беовульфом. Наконец возник голос Беовульфа:
— Да?
— Говорит «Повстанец-1». У нас проблема, — он в нескольких словах доложил ситуацию и свой план действий.
Его прервал рассерженный рев Беовульфа:
— Как Диринг могла позволить себя окружить? Я думал, она лучше владеет ситуацией!
— Я думаю, она попала в ловушку, стараясь помочь Вашингтону. Мы его не смогли обнаружить.
— А теперь вы собираетесь очертя голову лезть в тот же самый капкан! Блестяще! Тебе что отморозило мозги!
— Со мной ничего не случится, — мягко возразил Бак. — И я должен отправиться за своими людьми. Скоро у них кончится топливо и меркурианцы уничтожат их гироснарядами.
— Тогда зачем ты спрашиваешь разрешения? — затихая, проворчал Беовульф.
— Я не спрашиваю. Я просто объясняю, как обстоят дела, — на случай, если мы застрянем.
— Это мудро. Если соберетесь, постарайтесь не застрять.
— Мы постараемся, сэр. «Повстанец-1» связь закончил.
Бак переключил передатчик на прежнюю частоту.
— Иерхарт, я хочу, чтобы нас вела ты. Мы с Дулитлом пойдем за тобой. У тебя самое острое зрение, и нам оно сейчас понадобится, как никогда.
Не говоря ни слова, Иерхарт заняла нужное положение. Бак и Дулитл пристроились к ней в качестве ведомых.
— А теперь слушайте, — сказал Бак. — Стреляйте во все, что сможете разглядеть. Учтите, что мощность лазеров будет рассеиваться. Не пытайтесь — я повторяю — не пытайтесь преследовать ни один из кораблей по направлению в глубь облака. Бейте им в хвост, затем разворачивайтесь веером и уходите к краю. Они не могут подолгу находиться в глубине, потому что их сенсоры и оружие там тоже не работают.
— Бандит на шесть часов, — сообщила Иерхарт, и звено пошло за ней, нанося удары из лазеров по разукрашенной корме.
Меркурианский корабль немедленно нырнул в облако. Иерхарт ушла вверх, Дулитл и Роджерс последовали за ней. Вражеский корабль осторожно выглянул из-под своего полупрозрачного одеяла. Он двигался вслепую, пыль парализовала его сенсоры. Иерхарт подождала, пока корабль не стал ясно различим, и нанесла еще один удар. Лазер скользнул по защитному полю, отраженный луч, рассеянный пылью, заставил часть облака светиться. Корабль снова исчез, погрузившись в облако. Он выждал некоторое время, затем снова стал осторожно подниматься.
— Так может продолжаться вечно, — сказал Дулитл, прицеливаясь в медленно обретающую четкие очертания кормовую часть.
— Сейчас попробуем проделать брешь в ее защите. Координаты пять-запятая-три-пять-ноль, отметка два.
— Цель поймана, — доложила Иерхарт.
— А теперь подождем, пока он окажется поближе, — сказал Дулитл. — Координаты установлены, сэр.
— Стреляем по моему сигналу, — распорядился Роджерс.
Меркурианский крейсер выплывал из облака, словно баржа, покидающая космический док. Где-то под ним, в клубящихся глубинах облака, находились Вильма и Вашингтон. Они ждали, окруженные со всех сторон смертоносным оружием противника. Перед мысленным взором Бака всплыло лицо Вильмы, ее карие глаза, напряженно вглядывающиеся в туман в попытке разглядеть противника. Он знал, что она готова умереть, но не сдаться, и опасался в глубине души, что она решится на самоубийственный бросок навстречу гироснарядам врага. Он должен был дать ей выбраться или хотя бы дать ей какую-то надежду сделать это. Он сосредоточил взгляд на меркурианском крейсере.