— Ладно! Я отпущу Кемаля и девушку. Как насчет моего сына?
— Когда я услышу от Кемаля, что он на свободе, я отпущу вашего сына. Не теряйте времени. Я не слишком терпелив.
Решив действовать, Гордон действовал быстро.
— Кемаль будет выпущен на Меркурии, поблизости от своего корабля. Я дам ему координаты связи. Ты услышишь его примерно через тридцать минут.
— Буду ждать, сэр. С нетерпением. — Бак отключил связь и откинулся на спинку пилотского кресла.
— Что будем делать теперь? — спросил Вашингтон, не сводя светло-голубых глаз с отдаленной громады меркурианского корабля. — Оставаясь здесь, мы рискуем каждую секунду.
— Я знаю, — сказал Бак. — Вот почему я приказываю вам — тебе и Егеру — уходить. Корабль Далтона беззащитен, и чтобы удерживать его на привязи, хватит одного из нас. Если у меня будут неприятности, я вас вызову.
— Конечно, — без особой уверенности ответил Вашингтон.
— Вперед, — скомандовал Бак. — Скоро увидимся.
Вашингтон качнул крылом, салютуя, и полетел прочь, уводя за собой Егера. Когда они отошли достаточно далеко, за пределы прямой видимости, Егер спросил:
— Ты что, и вправду его оставишь?
— А ты как думаешь? — поинтересовался Вашингтон.
— Так же, — ответил Егер.
Друзья развернулись на сто восемьдесят градусов и легли в дрейф.
ГЛАВА 29
Порыв раскаленного ветра меркурианской пустыни заставил сердце Кемаля запеть. Даже безжалостный жар солнца, добела раскаливший небо меркурианского утра, казался желанной переменой по сравнению с недрами вентиляционной системы Меркурия Первого. Кемаль услышал, как за его спиной захлопнулся люк «шаттла», услышал, как взревел его двигатель, отправляя челнок в обратный полет на Меркурий Первый, но не обернулся. Дьюэрни провожала челнок взглядом, пока он не скрылся из виду.
— Улетел, — сказала она.
Ее голос в переговорном устройстве звучал спокойно и твердо.
Кемаль кивнул. Челнок доставил его к кораблю, на котором он прилетел на Меркурий. Его опоры ушли в мелкий песок — шасси не было рассчитано на рыхлую почву пустыни. Добравшись до носа «Стингера», он стянул с него маскировочный чехол, открыл люк и вскарабкался на пилотское место. Некоторое время он настраивал связь на нужную частоту и подключал переговорное устройство, вмонтированное в шлем, к более мощному бортовому компьютеру связи.
— «Повстанец-1», я «Повстанец-3», ответьте.
Немедленного ответа можно было не ждать. Передача Кемаля должна была пройти через три спутника связи, чтобы достичь Бака, и это занимало некоторое время. Наконец сквозь шумы и помехи линии связи донесся голос Роджерса:
— «Повстанец-3»! «Повстанец-1» слушает. Каково ваше положение?
— Я на свободе. Связь веду со своего корабля. Стартую сразу же. Как понял?
— Понял, Кемаль. Что с женщиной? — спросил Бак.
— Она тоже здесь. Благодарит за то, что ты нас выручил.
— Пусть благодарит Хьюэра. Выбирайся оттуда, пока Гавилан не изменил мнения насчет своего сына!
— Понял вас, — ответил Кемаль, и Бак отключил связь.
Высокий рост Дьюэрни позволил ей дотянуться и пожать его руку.
— Удачи тебе. Я жалею, что втянула тебя в эту историю.
— А я нет, — ответил Кемаль и встряхнул ее ладонь. — Мы еще встретимся.
Дьюэрни кивнула, отступая, пока расстояние не прервало их рукопожатия. Она помахала рукой, и Кемаль вернул ей прощальный жест. Потом нажал клавишу, и люк кабины захлопнулся. Когда он запустил двигатели, Дьюэрни побежала в укрытие. Он так и запомнил ее — стройная фигурка, исчезающая в вихрях желтой пыли.
Получив подтверждение от Кемаля, Бак двинулся прочь от корабля Гавилана, добавив к полной мощности двигателя мощность стартовых ускорителей. Пока «Крайт» набирал скорость, Бак послал меркурианскому принцу прощальный привет.
— Ох, и везучий же ты, Далтон! — пропел он в переговорное устройство, выходя за пределы досягаемости.
— А тебе не повезло, Роджерс, — донесся ему вслед разъяренный голос Далтона. — Я буду охотиться за тобой по всей Солнечной системе!
Ему ответил смех Бака, раздававшийся в линии связи, пока он не переключился на рабочую частоту сил НЗО.
— «Орел-Лидер», говорит «Повстанец-1». Выходите в точку встречи. Расчетное время плюс три минуты.
— Говорит «Орел-Лидер». У нас неприятности!
Бак еле смог расслышать голос товарища.
— Вашингтон, в чем дело? — спросил Бак.
— Целый отряд крейсеров РАМ. Около десяти. Они действуют по системе Гавилана. Пыли столько, что можно слепить из нее астероид. Они взяли нас в капкан, — говорил Вашингтон сквозь разряды помех.