— Извините, капитан, — перед Баком, мигнув, снова выросло изображение Хьюэра.
— Слушаю, Док.
— Одна из этих ракет настроена на вас.
— Я так и думал, — Бак на секунду задумался. — А ты не можешь сказать, на кого еще нацелены эти ракеты?
— Могу, но, чтобы выяснить это, потребуется некоторое время. Пожалуйста, Бак, вникни в суть сообщения.
— Какого сообщения?
— Одна из этих ракет — убийца, охотящийся за вами.
— Ну да. Ты мне это уже сказал.
Хьюэр покачал головой.
— Нет, нет, вы не поняли.
— Может быть, я бы и понял, если бы ты мне объяснил, — резонно заметил Бак. Осознание того, что он подвергает свою жизнь реальной опасности, вселило в него удивительное спокойствие.
— Помните, некоторое время назад мы говорили об убийце…
— О компьютерном убийце? Который мог бы убить меня? Какое это имеет отношение к этим древним ракетам?
— Этот убийца проник в ракету, предназначенную для Бака Роджерса.
— Что?
Хьюэр кивнул.
— Это так и есть. В моих попытках узнать побольше о Хауберке я использовал закрытые каналы. И один из них привлек мое внимание хвостом спиральных помех — эти помехи уже были знакомы мне по предыдущим передачам внутри компьютерной сети НЗО. Эти помехи имеют свои отличительные характеристики, как, например, голоса людей. Я проследовал за незнакомцем в хауберкский комплекс связи, и потом занялся там прослушиванием сообщений, и снова обнаружил этот характерный след — убийца уже погрузился в ракету, запрограммированную электрокардиограммой Бака Роджерса.
— И что же помешало тебе остановить эту ракету, а с ней и все прочие? — спросил Бак.
— Система безопасности Хауберка. К тому моменту, когда я бы смог разрушить пять замков, установленных этой системой безопасности перед входом в эти ракеты, они бы уже успели поразить свои цели. Правда, я смог прочитать программу мишеней до того, как они покинули станцию.
— Ты хочешь сказать, что меня преследует не просто какой-то механический трутень, управляемый примитивным интеллектом, а убийца со степенью доктора?
— Если принять во внимание размеры… то — да.
— Мне нужно что-то предпринять, — сказал Бак, подумав.
— «Повстанец-1», требуется помощь, — послышался голос Вильмы.
— «Повстанец-1» на связи, — отозвался Бак.
— У меня появился компаньон! Если его не остановить, то, пожалуй, он меня догонит.
— Понял! — Бак начал менять курс. — Док, последите за другими ракетами, а мне пока нужно сосредоточиться за одной — которая уцепилась за Вильмой.
Вильма продвигалась назад к Хауберку как усталый боец, и «Макмиллан» настигал ее подобно усталости. Она не теряла времени на маневры, чтобы уклониться. Она намеревалась опередить взрыв, который, как она знала, был совсем близок.
Она подпрыгнула, когда услышала в наушниках пронзительный вопль. Бак бросился на ракету, посылая лучи в ее защитное поле. Он бил безжалостно, но ничего не произошло.
Вашингтон, описав дугу, приблизился и тоже выпустил несколько очередей — с тем же результатом.
— Капитан, та ракета, о которой мы говорили… — вторгся голос Хьюэра.
— Я ее вижу, — буркнул Бак. — Ты выяснил, кто является мишенью для других ракет?
— Да. Я передал сведения на все бортовые компьютеры НЗО.
— «Повстанец-2», говорит «Повстанец-1». И у меня на хвосте птичка.
— Вижу, «Повстанец-1».
— А еще одна — у меня, — пожаловался Вашингтон.
Следя вполглаза за видеоэкраном заднего обзора, Бак увеличил скорость, гоняясь за Вильминым преследователем. Он осознавал, что каждая секунда может стать последней, и изо всех сил бил лазерами по не отстававшей от Вильмы ракете, приходя в ярость от того, что не может ее сокрушить.
Внутри ракеты, преследовавшей Бака, притаился Ульянов, настойчиво стремящийся к своей цели. Бак Роджерс был совсем близко, и Ульянов не собирался его упускать. Он передал координаты Роджерса Мастерлинку через тот самый спутник связи, который использовал Хауберк, чтобы связаться с РАМ-Центром, и сосредоточился на уничтожении заклятого врага.
Видя, как нарастает скорость идущей позади ракеты, и зная, что убийца приближается, Бак выпустил еще несколько очередей по преследовательнице Вильмы. Но больше ей помочь он не мог.
— Вашингтон, бей по ней сколько можешь. А я должен заняться своим хвостом, — обратился Бак к товарищу, сворачивая в сторону для маневров.