Морские чайки кружили в загрязненном воздухе Фрискорга, стремительно бросаясь вниз в погоне за пищей, но он не смотрел на них. Произошла какая-то чертова поломка, а Центр не спешил с комментариями.
Черненко сидел в ожидании, чувствуя, как нарастает раздражение. На его экране появилось лицо Гользергейна и трубный голос позвал:
— Регент Черненко?
— Я здесь, — отозвался Черненко. — Что происходит? Как регент, я должен быть информирован обо всем, что касается отношений РАМ с Землей. Неполадки на станции Хауберк связаны непосредственно с Землей, а мне ничего не говорят! В подобных условиях я не могу управлять планетой!
Лицо Гользергейна приняло еще более суровое выражение. Черненко стоял на несколько ступеней ниже Гользергейна на служебной лестнице корпорации, но всегда старался подчеркнуть превосходство человека над машиной.
— Только благодаря вашей должности, Черненко, вам вообще что-то говорят. То, ради чего я с вами связался, совершенно секретно.
— Я отнесусь к этому соответственно.
— В ответ на ваш вопрос о неполадках на Хауберке могу сказать, что это отнюдь не неисправность.
— Не неисправность? Тогда чем же вызвана остановка промышленных предприятий на Земле? Или прекращение энергоснабжения существует лишь в моем воображении?
— Совсем нет. Просто Хауберк больше не принадлежит нам.
— Хауберк — не принадлежит? Не понимаю.
— Нет его, — сказал Гользергейн. — Сначала мы подумали, что он уничтожен. Но потом выяснилось, что он сейчас под контролем НЗО.
От этой новости лицо Черненко побледнело. Такое не укладывалось у него в голове. Хауберк являлся гарантом контроля РАМ над Землей. Без этого спутника все обязанности по распределению энергии, контроль над вооружением и торговлей целиком переходили в его руки. Это была огромная власть — если, конечно, он сможет ею воспользоваться. Без технической поддержки Хауберка это будет нелегко.
— НЗО? — переспросил он тихим голосом.
— Станция подверглась нападению НЗО. Наиболее успешная акция из всех, когда-либо ими предпринятых.
— Но каким образом им это удалось? НЗО не имеет технического оснащения для такой атаки.
— Это не так, — тяжело произнес Гользергейн. — Не так давно сверхсекретный груз, состоящий из экспериментальных истребителей был отправлен на Хауберк. По пути он был украден…
— Но это не похоже на НЗО.
— Не похоже на ту НЗО, какой она была в прошлом. Но, возможно, это станет стилем ее работы в будущем. Во всяком случае, нам следует быть готовыми к этому. Мы не можем допустить потери еще одного объекта подобного Хауберку.
— Но я не понимаю, — Черненко покачал головой, — как это могло случиться. Я боролся с НЗО день изо дня в течение многих лет. У них не тот менталитет… говорю это конфиденциально, — чтобы совершить кражу такого масштаба.
— Возможно, это дело рук того воскресшего героя, которого они откопали.
— Роджерса? Он там был? Согласно последнему отчету, он находился в Чикагорге.
— Вам следует лучше управляться со своей разведкой, регент, — холодно заметил Гользергейн. — Он был там у них предводителем. Там была Диринг со своей группой, но руководил летным крылом Роджерс.
— Все это не обнадеживает.
— Возможно, Роджерс послужил катализатором, которого только и не хватало в НЗО. В любом случае, афера с Хауберком подвигнет их на новые акции. Вас ждут плохие времена.
— Мне нужна поддержка живой силой, — Черненко заерзал в кресле.
— Я это предвидел. Вы получите разрешение на создание двадцати новых подразделений терринов. Средства на это вы получите в течение следующего часа.
— С потерей Хауберка возникает потребность в новом компьютере. Нам не справиться с распределением солнечной энергии, уменьшится торговый контроль, которым ведал Хауберк.
— Мы позаботимся и об этом. Какая-то из секций Главного компьютера РАМ будет заниматься этими делами.
— Главный компьютер РАМ! Он же находится на Марсе! Это означает такое запаздывание во времени…
— Больше ничего сделать нельзя. Вам повезло, что Совет директоров согласился хоть на это, — Гользергейн смотрел на регента безо всякой жалости.
— Вы осознаете, что все это превратится в один большой кошмар?
— Я уверен, что вы сможете справиться с создавшейся ситуацией, Черненко. Если же понадобится помощь, обращайтесь без колебаний.
— О, разумеется, я так и сделаю.
— Как я уже говорил раньше, все держится в большом секрете, поэтому используйте специальный код и процедуру шифровки для ведения всех дел, так или иначе связанных с неприятностями на Хауберке.