Карета неожиданно подпрыгнула, резко упав вправо. Мортон повалился в сторону, уцепившись руками за спинку сиденья. Теперь вместо холода я чувствовала горячий воздух. Он бережно касался моей кожи, ласково коснулся волос.
– Еще ничего не кончено! – со злостью прорычал жених, когда экипаж остановился, завалившись набок.
Я оказалась в мужских руках, о которых всю жизнь мечтала. Одурманенная зельем, я доверчиво прижалась к плечу жениха. Сара горестно зарыдала, когда сверху раздался строгий голос герцога:
– Офицер Пейдж! Вы арестованы за похищение моей невесты, леди Джерси!
Мортон откинул голову и дико захохотал:
– Ты не получишь ее, Рэйнер!
Моей кожи на шее коснулось что-то холодное и острое.
– Стой! Чего ты хочешь? Денег? Я заплачу, сколько скажешь, и отпущу, – мрачно произнес герцог. – Отдай мне Шэрил.
– Из-за тебя погибла моя Адели! Ты разбил ей сердце, и она наложила на себя руки, – с горечью воскликнул Мортон, и я ощутила, как острие ножа царапнуло кожу.
– Адели? Адели Холл? – удивленно переспросил герцог.
– Мы были помолвлены, когда появился ты и соблазнил ее. А потом, одарив подарками, бросил со словами, что возвращаешься в родные края, чтобы жениться. Адели так страдала, и я не смог ее остановить… Это моя месть за нее, за мою любовь! Если бы не защитный оберег, твоя невестушка давно была бы опозорена. Весь офицерский состав побывал бы в ней.
– Ублюдок! – с презрением бросил Рэйнер.
Раздался горестный крик Сары, глухой стук, и руки Мортона ослабли. Он выронил меня и завалился сверху.
«Мой любимый! Как же ты страдал!» – одурманенная зельем, я простила жениха. Кто-то откинул с меня Мортона, и я протестующе застонала. Другие руки подхватили и крепко прижали к себе.
– Что с леди? – обеспокоенно спросил герцог, ощупывая мою голову, тело.
– Я ни в чем не виновата. Офицер Пейдж заставлял меня опаивать хозяйку приворотным зельем, – испуганно затараторила Сара.
– Суд разберется. Арестовать обоих!
– Милорд! Если бы я не остановила Мортона, то он мог бы убить хозяйку! – с ужасом воскликнула служанка.
– Я прослежу, чтобы прокурор не забыл об этом, когда будет выносить приговор, – в голосе Рэйнера звучала сталь.
Рядом раздавались ржание коней, плач Сары, приказы герцога, топот и лязг металла. В дурмане я тихо требовала вернуть мне Мортона, пытаясь освободиться от сильных рук, которые меня удерживали. Герцог успокаивающе гладил мои волосы и шептал, что скоро я буду дома. Когда мое сопротивление усилилось и вокруг завыл ветер, я вдохнула какой-то спиртовой запах и утихла, забывшись сном.
ГЛАВА 4
Я не знала сколько находилась в беспамятстве. Иногда такая боль скручивала мышцы, что я кричала до хрипа в голосе. В такие моменты слышались испуганные голоса, и среди них различала самый родной – голос отца.
– Папочка! Почему мне так больно? Помоги! – молила я его.
Меня тут же опаивали горькими лекарствами, и огонь внутри утихал. Дыхание выравнивалось, и я погружалась в странный сон до следующего приступа. Я как бы спала, но отлично слышала, что происходило вокруг.
– Прости меня, доченька, я тебя не уберег, – горестно вздохнул отец, целуя мою ладонь.
– Граф Чандлер, вина лежит только на мне, – печально возразил герцог. – Это я вас попросил ничего не говорить Шэрил о брачном контракте, который вы заключили с моим отцом. Признаюсь, был глуп и молод. Хотелось свободы, куража, а не женитьбы.
– Я должен был лучше присматривать за ней, а не радоваться вашему приезду, милорд, – прошептал папочка, так горько, что мое сердце болезненно сжалось. – Все внимание переключил к подготовке свадьбы, а родную дочь…
Наступила тишина. Она давила и сжимала сердце в тиски. Память показывала отдельные фрагменты, а я пыталась разгадать головоломку, но пока не выходило. Иногда приходил доктор, его теплые руки касались висков, вены на шее и живота.
– Леди излечивается от приворотного зелья, – уверенный голос врача дарил успокоение.
– Почему Шэрил так долго не приходит в себя? – беспокоился отец.
– Девушку слишком долго поили этой отравой, – спокойно объяснял доктор. – Это ведь одно из самых опасных зелий, поэтому его запретили в нашей стране. Его изготовление и применение строго карается законом. Привыкание происходит быстро, а леди к тому же не очень повезло: у нее произошла передозировка. Герцог Рэйнер вовремя появился у меня в доме, иначе ваша дочь могла умереть.