Я все еще спускалась по лестнице и не видела всю гостинную, поэтому не поверила своим ушам. Она сидела в широком кресле у очага, ее ноги были укутаны в плед, а на плечи накинута шаль. Болезнь отняла у нее силы, но не гордость и красоту. Вот кто точно мог соперничать с королевами и царицами.
– Матушка! – ахнула я. – Тебе нельзя вставать с постели. Доктор…
– Ой, никакой доктор мне не указ, – безапелляционно отрезала она. – Не могла же я пропустить такое событие. Какая же ты красивая. – Она прижала дрожащие руки к губам и покачала головой. – Какие же вы обе красавицы!
– Подойди, – подозвал меня отец.
Я поспешила к родителям и вновь ахнула. На коленях матушки лежал кулон, который она раньше никогда не снимала. Снежинка, переливающаяся всеми оттенками голубого и синего, подаренная прабабушке прадедушкой.
– Но…
– Никаких но. Наклонись, сделай милость.
Я обернулась к сестре, ища поддержки. Этот кулон должен был достаться ей! Так всегда было: от матери к первой дочери. Тата улыбнулась и кивнула, принимая решение матушки.
– Я ей свой перстень подарю, – шепнул отец и подмигнул нам.
Это тоже нарушало все традиции, ведь перстень должен был унаследовать сын или внук. Но вот такая вот моя семья – всегда чуточку плевать на правила, потому что любовь и забота превыше всего.
2
С этими мыслями я тряслась в карете, которая к середине ночи привезет в замок и мою сестру с ее мужем. Бал Зимы был соткан из сложных и порой чудаковатых традиций. Вечер и первая половина ночи принадлежала тем, кто только вышел в свет, кто не обрел свою пару, кто еще достаточно молод, чтобы столько часов кряду продержаться на ногах. Затем проходила церемония коронации: выбирали короля и королеву бала. Конечно же, ненастоящих. Истинные правители на бал приходили редко, а если и удостаивали чести свой народ, то как раз во второй части праздника, когда со всей страны стекались знатные семьи, торговцы и прочие полезные люди.
– Я просто мило поулыбаюсь, дождусь Тату, и все будет хорошо, – успокаивала я себя. – Меня никто ни к чему не обязывает. Важна только любовь.
Именно из-за любви к семье я и безропотно согласилась поехать на бал. Ну, как безропотно. Ворчала, бубнела и топала ногами, но не отказывалась. Все же мы испытывали нужду, и в моей власти было помочь всем нам.
– Я просто познакомлюсь с каким-нибудь аристократом, намекну, какие умные и талантливые у меня родители. – Карета въехала в ворота, которые словно выковали изо льда. Я нервно сглотнула. – Он передаст мои слова своим родителям, и все – дела пойдут в гору, а я вернусь к подготовке к экзаменам.
За окном вырос и загородил собой небо Дворец Иллюзий. Точнее, замок, предназначенный для проведения балов и приемов. В самом дворце, где проживала королевская семья, посчастливилось побывать единицам. Ни мы с сестрой, ни родители, ни родственники мужа Таты, ни наши знакомые не входили в это скромное число.
– Леди Хиона Вестер, – торжественно объявил герольд, когда карета остановилась.
Странно. Обычно гостей представляют при входе в зал.
“Ну, не мне судить. – Я подала руку статному мужчине во фраке и спустилась по узким неудобным ступенькам кареты. – Королевские причуды. Как говорится: где мы и кто они!”
Стараясь не казаться дикаркой, я украдкой окинула взглядом великолепную архитектуру замка. Великолепную и немного грозную. Если такой замок изобразить в книжке, то все решат, будто в нем живет злая королева-владычица льдов. Острые пики трех башен напоминали перевернутые сосульки, основное тело здания – айсберг, а сад, засыпанный снегом, – неприступные горы, которые никогда не видели весны. В моем исполнении замок получился совсем жутким и не таким уж красивым, но как есть.
“Вот если перекрасить его. Скажем, в… – Я задумалась, какими кроме белых бывают замки. – Хм, похоже тут ничем не помочь. Лед – он и есть лед”.
Учитывая, что на улице хозяйничал мороз, и мое платье никак не могло соперничать с ним, я очень быстро продрогла. Поэтому по казавшимся бесконечными ступеням я поднималась весьма не аристократично. Конечно, осанку и спокойный взгляд мне сохранить удалось, но мельтешение ног явно привлекло внимание.