— Хха! Лучше меньше, да лучше? Неплохо вы, ребята, порезвились! Поздравляю! — язвительно хмыкнул Цербер. — И что, все ангелы теперь на их стороне?
— Конечно нет! Большинство старшего поколения уже оценило опасность, особенно после вброса идеи о полной изоляции Светлейшего мира от других миров!
— Проходили, — буркнул Цербер. — Ничего это не даёт. Муть одна. Только хуже.
— Кто ещё против? На кого у вас реально можно рассчитывать? — заинтересовался Ран.
— Ангелы-хранители. Они завязаны на подопечных. Для них изоляция мира смерти подобна. Ну и, разумеется, Светлые воины, — просто ответил Габриэль.
— Почему «разумеется»? — удивился Лайк.
Ему ответил Вист:
— Светлые воины не витают в облаках идей. Они стоят на реальной земле, и умеют отличать добро от зла. Они привыкли действовать и брать на себя ответственность за собственные поступки. В «учебку» отбирают именно таких. Каждый воин учится быть автономной боевой единицей. Потому что в воздушном бою ситуации бывают самые разные. У демонов похожая система военного обучения, по сути. Там тоже учат мыслить. Но силовой подготовки всё-таки больше.
— На них можно будет ррассчитывать в случае обостррения? — прямо задал вопрос Картер.
Вистлэнд покачал головой:
— Они не выступят против своих. А вот остаться в казармах и не вмешиваться в случае прямого конфликта — думаю, Габриэль договорится. Верно, старый друг? Остались там те, с кем мы вместе бились, плечом к плечу?
Ангел молча кивнул, прищурившись, что-то просчитывая про себя.
Кайтош повернул голову и взглянул на Вистлэнда. Тот молча кивнул и снова заговорил:
— Габр, что ты узнал о девушке?
Тот пожал плечами:
— Новые подготовились. Формально к ним не подкопаться. Апполинария выполнила условия контракта. И вы обязаны были вернуть её в Светлейший. Её не выпустят.
— А что по поводу похищения мастера Гильдии и сотрудника Сферы? — Вист иронично приподнял бровь.
— Они сокрушаются, что произошёл такой неприятный инцидент. Но Морфей — формально — не проживает в Светлейшем мире, он вечный странник. И то, по какой причине он решил вмешаться в ситуацию, им неведомо. Они счастливы, что всё обошлось без жертв, искренне сожалеют и желают всем невинно пострадавшим всего хорошего и света в душе.
— Вот же… — заржал Цербер, в изнеможении крутя головой.
— Я заберу её, — Кайтош произнёс это тихо, но с такими угрожающими, свирепыми нотами, что все примолкли.
— Кайтош, тебе не пройти в Светлейший, — Габриэль сочувственно покачал головой.
— Я уже был там, сегодня ночью. Я отправлял к Ри Призванного, и она узнала меня, говорила со мной. Она не хочет там оставаться.
— Призванный позволяет тебе общаться, но лишь с помощью чужого духа. Ангелы не пропустят тебя в свой мир. Для этого придётся взламывать защиту. Чем тебе в этом поможет твой дар? И твоя светлая ипостась? — задумчиво поинтересовался Мэй.
— Верно, — Кайтош криво усмехнулся, — но вы все забываете, что у меня есть и вторая ипостась, темная. Что вы знаете о темных некромантах, а?
— Они поднимают мертвых, — нахмурился Мэй. — Насильственно притягивают души из-за Грани, вселяют их в трупы, любые, чаще всего это очень старые, уже разложившиеся. И заставляют повиноваться собственной воле.
— Вот именно. А теперь скажи мне, Вистлэнд, где у нас больше всего старых трупов, неподалёку от Светлейшего мира? Очень много, даже чересчур! Да ещё и на самой границе!
— Таррово поле, — взгляд Вистлэнда заострился. — Но ты ведь не хочешь…
— Хочу. Я подниму против этих зарвавшихся тварей целую армию мёртвых. Я смогу, Вист. Мне лишь понадобится помощь демона, из Темнейших. И я уже знаю, кого можно попросить об этом.
Вистлэнд молча смотрел на Кайтоша. Глаза молодого некроманта горели мрачным огнём решимости осуществить эту поистине сумасшедшую по масштабности идею.
Хватит ли у него сил и опыта? Нет, не этот вопрос волновал сейчас грандмастера.
Хватит ли у Кайтоша сил усмирить свою тёмную ипостась? И не перейти границы разумного? Сможет ли он сохранить себя, свою суть, ощутив в руках огромную власть?
Вся надежда на маленькую весёлую рыжую девочку. Как сказал Кир? Она якорь Кайтоша? Будем на это надеяться. Но всё же, всё же…
— Предлагаю отложить этот вариант на крайний случай.