Попытка
За две с половиной недели до дня «Икс»
Он так устал метаться…
Поиски себя, какой-то странной никому непонятной, вероятно, даже ненужной истины. Поиски её. Тысячу шагов, тысячу попыток… Вся жизнь - сплошная попытка…
Именно поэтому сейчас он находился здесь, практически на вершине Амбра-Матха-Таба, сидя за деревянным столом под открытым небом у старенькой добротной хижины, в которой, по словам местных жителей, обитал дух мудрости. Напротив стоял добродушный седой старик. Неторопливо разливая в буковые пиалы душистый чай, он как-то заботливо улыбался, словно отец, ухаживающий за маленьким сыном.
Непостижимый Тибет, далёкий и волшебный, близкий и странный, измеренный тысячами лет резонатор человеческих душ. Что привело сюда, к этому худощавому седому обитателю горной хижины, совершенно чужого кареглазого парня без имени и возраста?
- Почему ты молчишь? - спросил старик, протягивая гостю пиалу с напитком, - Ты ведь здесь не просто так.
Парень вздохнул:
- Местные говорят, вы… Ну, что ли, дух мудрости, на все вопросы ответы знаете.
Старик убрал со стола пирамидку с заваренной душистой травой, придвинул поближе свою пиалу и присел напротив:
- Дух мудрости… А ты сам-то в это веришь?
Парень иронично улыбнулся и, словно стирая с лица вековую тоску, провёл по нему ладонью.
Старик продолжил:
- Невозможно знать ответы на все вопросы. Мир может быть и понятным, и совершенно непостижимым.
Парень хмыкнул, оборачивая пиалу вокруг своей оси:
- Мир… У этого слова море значений: мир в смысле «нет войны», мир в смысле «планета, вселенная», или мир в смысле «народ, общество»?.. Это, кстати, не всё.
Старик сделал глоток:
- Мир в смысле монолит гармонии и равновесия. Это мы дробим его на понятия, а он целостен!
- Целостен… - взор карих глаз обратился к горным вершинам, - слово кажется пустым, нужны примеры.
Старик вновь улыбнулся:
- Мир - это восход на Каспии, это чашка чая в руках любимого человека, это счастье заботиться о родных, это хороший поступок, это секс, о котором все так много и искушённо говорят, это ветер в песках Бессарабии, до которого нам с тобой нет никакого дела... И всё это прекрасно.
Парень опустил голову, его взор несколько рассеянно заскользил по столу:
- Секс?.. Странно слышать о сексе от вас, я полагал, вы будете наставлять меня на какой-нибудь духовный путь. Ну, или что-то в этом роде.
- От чего же, - спокойно ответил старик, - в гармонии мира тело и дух едины.
- Очень интересно, – иронично пробормотал парень и на мгновение замолчал. Потом вдруг поднял взор на старика и как-то очень доверительно спросил, - а расскажите мне о сексе, только не парой слов, а так, чтобы я понял, что «перевёрнуто» в голове?
Старик, будто одобряя, заглянул в большие карие глаза:
- Нынче люди чрезмерно избалованы сексом. Он давно перестал быть сокровенным таинством двух влюблённых, став для кого-то групповым, для кого-то изощрённо-циничным, для кого-то однополым. К тому же, модернизированное поколение научилось слишком легко воспринимать интимную сферу человеческих отношений, ставя во главу угла призрачную теорию о том, что вовсе не требуется даже крохи духовной близости, чтобы удовлетворить по мере необходимости жаждущую плоть. Но разве не хотелось бы тебе встретить ту… Не стану говорить единственную, так как знаю, что это, возможно, отразится улыбкой на твоём лице. И тем не менее. Каждый из наделённых разумом обитателей нашей планеты, однажды задумывался о том, что возможно когда-нибудь, при удачном стечении обстоятельств, что, на самом деле, лишь закономерность, жизнь подарит ему спутника, с которым он или она будут заниматься не сексом, «трахом», или циничным «перепихоном», а любовью. В чём разница? Когда не нужно становиться на уши, демонстрируя диапазон собственного сексуального опыта и изощрённость фантазии, а достаточно просто быть, у человека открывается «второе дыхание», он честен сам, он доверяет и бережёт… А главное, чувствует огромную притягательную силу, источаемую тем прекрасным чувством именуемым затёртым и затасканным людьми словом «любовь». И никакое занятие «сверх-сексом» не сравнится с занятием любовью уже только потому, что насыщение души и тела гораздо полнее, чем бездуховная сытость плоти.