Третья
Нацепив тапки, Диман рванул дверь и вылетел в подъезд. Перепрыгивая через ступени , летел вниз. Уже собираясь спрыгнуть с последней площадки на пролёт третьего этажа, как вдруг его полёт был жестоко остановлен внезапно открывшейся дверью. Он с размаху впечатался в неё, едва успев выставить перед собой руки.
—Ой, извини! — выпалил он и уже сделал шаг, чтобы продолжить спуск, но мельком глянул на «стоп-кран» своего стремительного падения.
Это была Саша.Она стояла, замершая, с ошарашенным видом.
—Ты чего несёшься? — спросила она, выходя в подъезд.
—Да, на улице знакомого увидел, нужен срочно, — ответил Диман. — А ты куда в такую рань?
Он бросил взгляд на её внешний вид:оверсайз-футболка белого цвета, из-под которой едва виднелись чёрные джинсовые шорты. На голове — конструкция из волос, собранная явно в спешке.
—Да Юля не свет не заря припёрлась. Возле «Торгового» ждёт.
—Понял, — сказал Диман, обрадовавшись вдвойне. Во-первых, Юля, она приехала в их район. А во-вторых, её тут нет, возле подъезда, потому что его собственный внешний вид явно не годился для второго свидания. Он был в домашних шортах ниже колена цвета «когда-то-чёрного» (примерно семьсот стирок назад, может, меньше, но считать было некому) и футболке с Эминемом, лицо которого выглядело так, будто пластический хирург использовал на нём новый вид подтяжки, и этот опыт оказался крайне неудачным. Причина тому — Дима, который в своё время решил погладить её принтом наружу.
— Пойдём? — спросила Саша, кивнув на то, что Дима перекрывает проход.
—А, да, конечно.
Он хотел рвануть дальше,но сообразил, что будет выглядеть как полный идиот, несясь в тапках и помятых шортах вниз по лестнице. Пришлось спускаться размеренно, вместе. Он впереди, она сзади.
—Ну и как там, за границей? — решил поддержать разговор Диман. — Сложно было адаптироваться?
Саша дёрнула плечом.
—Да нет. Мы живём в районе, где очень много русских. И школа у меня частная, для русских детей. Так что первое время казалось, что я в России. Просто вокруг много английских туристов.
Диман улыбнулся.
—Ничего не поменялось, — подытожил он.
—Не, почему… поменялось многое. Но вот знаешь, — она сделала паузу, подбирая слова. — Я когда сюда приехала, вышла из самолёта и даже сначала расстроилась, что пришлось вернуться. А потом, через несколько дней, поняла… что там всё какое-то бутафорское. Типа декорации России.
Диман глянул на неё.Она шла, смотря в пол, задумчивая.
—Тут всё по-настоящему. И люди не фальшивые. Если тебя хотят послать — пошлют. Не будут думать, уместно это или нет.
— Воу, — сказал Диман. — А ты мыслитель.
Он улыбнулся,и Саша улыбнулась в ответ:
—Конечно. А ты думал — тупая девка?
—Да нет, просто для нашего возраста это редкость, — ответил Диман и толкнул тяжёлую подъездную дверь.
—Согласна. Когда уезжала, я была именно такой, как ты меня представлял: тупой богатенькой девчонкой. Но там, среди бутафорских друзей и декораций идеального мира, многое понимаешь и осознаёшь.
Диман снова глянул на неё.Саша кардинально отличалась от девчонок её возраста. В её голове явно ворочались недетские мысли.
Они прошли ещё немного по тротуару в сторону беседки.
—Ладно, рад был видеть. Я в беседку — дела срочные.
—Я тоже. Ты доказываешь, что здесь люди умеют отшивать и посылать культурно, но чётко, — улыбнулась она.
Диман фыркнул.
—Да не, правда. Надо дело одно обсудить с Коляном, — он мотнул головой в сторону беседки.
—Да я шучу. Ладно, увидимся. Юля сказала, вы договорились погулять.
Диман замедлил шаг.
—Да, конечно. Но попозже. У нас форс-мажор, надо им заняться. А потом — тогда и увидимся.
—Отлично. Тогда позвонишь или напишешь. Пока.
—Пока.
Диман повернулся и направился к Коляну,оставляя Сашу идти дальше к «Торговому» одной.
Колян сидел в беседке, закинув ногу на ногу. Смачно затягиваясь, выпускал дым колечками вверх и смотрел на Димана сквозь дымную завесу.
—О, здорова, Диман. Ты-то че в такую срань?
—Дело есть, Колян. Срочное. Помощь нужна, — сказал Диман, останавливаясь в проходе.
—Случилось чё? Валяй, помогу, ты ж знаешь.
Колян кинул бычок в пустую банку из-под энергетика.
—Короче, вкратце… у Ваньки матухи рак. Нужны рубли на анализы и врачей.
—Ебать… — протянул Колян, и всё его развязное спокойствие куда-то испарилось. — Бляха, тёть Люду… конечно, жалко. Смотри, рублей пять смогу вечером подкинуть. Безвозмездно, кореш должен вернуть.
—Спасибо. Мы вернём, как только сможем. Но там сумма… заоблачная. Твоя пятёрка — помощь сто процентов, но надо гораздо больше.
—Так продолжай. Че придумали? — Колян наклонился вперёд, локти на коленях.
—Короче… есть у тебя варики, где можно резко поднять пол-лимона? — выпалил Диман. От самой фразы «пол-лимона» у него внутри что-то ёкнуло. Такие слова будто не с его языка срывались.
Колян присвистнул.
—Хера себе медицина… Так, братан, таких балансов с резким откатом сейчас нету. Да и ты знаешь — я от них уворачиваюсь. Чем больше сумма, тем больше проблем.
Он помолчал,разглядывая Димана.
—Есть темка одна. Откат примерно такой будет. Но нюанс — нужно бабло на вход. Примерно двести тысяч, чтоб получить такой выхлоп. Но понятно, что их нет.
Диман почувствовал,как последняя возможная дверь захлопывается. Удар был тихим и окончательным.
—У нас пока из двухсот тысяч только твоя будущая пятёрка, — глухо сказал он и плюхнулся рядом на лавку. — Блять… жопа.
—Я поспрашиваю у дельцов, может, есть что крупное. Но сам понимаешь — чем крупнее, тем опасней.
—Да похер уже, — плюнул Диман, вытянув ноги в стоптанных тапках. — Честно, Колян, я затрахался. Жить честно, но бедно. Пока мы тут о морали думаем, другие давно плюнули на это и тратят эти пол-лимона ежедневно.
—Ого, братан… — Колян медленно покачал головой. — Ты прекращай такие вещи задвигать. Если делать — то делать аккуратно. А то потратить не сможешь. Ты пацан умный, это видно. И честно, на правах старшего… я крайне не советую вступать в нашу лигу. Это не сказочная жизнь, если тебе так кажется. Это та же работа, только риск в ней — не сорванная спина, а либо решётка, либо горка земли сверху. Но если уж решил встать на наши тропы… будь шахматистом. Семь ходов вперёд просчитывай. И главное — береги свободу короля.
Диман глянул на него.
—Ебать… И ты философ, — хрипло засмеялся он.
—Ну а хули ты думал? — Колян усмехнулся в ответ. — Это философия улиц, брат. Она пожёстче книжной будет, но суть та же.
—Я понял. Просто, не в обиду… по тебе не скажешь, что ты в шахматах шаришь.
—Блин, ну прикинь… я до девятого отличником был. А потом район заставил поменять образ жизни. Да и как ты бы доверился на деле типу с книжкой и очками на носу?