– Так я тебе и без гитары могу спеть, под минус, – она пожала плечами. – Хочешь?
– Хочу.
– Что спеть?
– Что-нибудь в духе Михалыча. Восьмиклассницу.
Саша взяла телефон, нашла мелодию без слов и спела. Сначала исполняла песни Цоя, потом на своё усмотрение. Пела с удовольствием, получая аплодисменты с другого конца дивана. Когда устала, начала рассказывать истории про заведение Михалыча. Вадим слушал её с закрытыми глазами. Переживания ушли на второй план и не беспокоили. Под вечер Саша собралась, вызвала такси, отказавшись от предложения отвезти домой и уехала. Спустя время пришло сообщение: «Дома. Спасибо за вечер и не забудь про театр». Сообщение было украшено тремя сердечками и улыбкой смайла.
Очень жаль, но никак не касается.
Первые три рабочих дня были ужасными. Работа на строительных площадках, особенно когда у тебя болит глаз, от этого постоянно ноет голова, казалась Вадиму невыносимой. Домой он приезжал измотанный, выпивал таблетку и ложился спать. В четверг синяки на лице приобрели зеленовато-желтый оттенок. Красоты они, конечно, не добавили, зато голова перестала болеть. Утром в пятницу он себя чувствовал уже нормальным человеком, только небритым. Коллеги по работе привыкли к его внешнему виду, и если он не видел своего отражения, то ничего не напоминало о драке с Андреем.
Пятница вечер. Он направляется домой и звонит его начальник. Вадим долго смотрел на панельное табло. Ему не хотелось непредвиденной субботней работы, но не реагировать на звонок он не мог – ответил. Как только сказал: «да», – понеслось:
– Вадим, слышал, дом бухнул. Нам уже звонили.
– Нет, Дима, не слышал, – непроизвольно тело напряглось, снова оказаться на работе не хотелось, – мне туда прокатиться надо?
– Нет, не надо. До понедельника всё терпит. Там МЧС пока работают, следом эксперты проверять будут. Ну, если будут, – он замолчал, Вадику даже показалось, что связь потерялась, но нет, – потом только мы. Нам нужно решить, кто туда поедет. Подумай. Давай, хороших выходных.
Вадим облегчённо выдохнул, как хорошо, что не надо никуда ехать. Два билета в театр всю неделю лежали на столе и ждали субботы. Очень жалко, что дом бухнул. Тут Вадиму стало интересно, что значит «бухнул»?Ему не пришло в голову спросить Дмитрия об этом в разговоре. Короче, очень жаль жильцов несчастного дома, но его, ни сегодня, ни завтра это никак не касается. Он выбросил все мысли о работе.
Половину пятничного вечера пытался аккуратно побриться и, разглядывая себя в зеркале, понимал, как хорошо, что у Саши нет бархатного платья. Он с разбитой физиономией, а она в бархате. Сочетание представлялось неправильным и не выдерживало его представлений о романтическом вечере в театре. Вот если б Вадим был каким-нибудь Рембо, тогда возможно… Такие чудные мысли повеселили его самого. Вадик устроился на диване, достал телефон и набил Александре сообщение. Она его прочитала, но не ответила.
Он долго смотрел на экран, ждал. Ответа не было. Позвонил родителям, поболтал с ними. Подсознательно не переставал ждать ответа на своё сообщение, но его не было. Интересно, чем таким занята Саша, что не может ответить? «Позвоню», – решил он. Долго смотрел на номер телефона в списке вызовов. Телефон погас сам собой. Он встал и пошёл пить чай. Ответного сообщения так и не пришло, звонка делать не стал, сам не понял почему.
В субботу утром проснулся от телефонной мелодии. Не сразу сфокусировал зрение, долго соображал, кто звонит. Звонил Андрей. «Господи!» – пронеслось в голове, и он ответил.
– Привет!
– Племяш, здорово! Ты как?
– Андрей, всё в порядке, -Вадику сложно было с ним разговаривать. Он звонил, как обычно, будто ничего не случилось, но ведь случилось. Что ему нужно? – а ты?
Андрей в трубку помолчал и ничего не сказал, от этого становилось неприятно. Потом слегка кашлянул и, наконец, произнёс:
– Вадик за миром звоню. Прощения у тебя просить не буду, но помириться хочу. Здорово ты меня задел, озверел я не на шутку. Если б кто другая, а Женька это святое, – последовала пауза, Вадику нужно было что-то отвечать.
– Андрей, я был тоже не совсем прав, прости. Мне нужно было сразу извиниться, ну вообщем, прости меня, – ему всё это трудно произносилось, но он помнил, что сказала тогда Саша.
– Вадик, только прошу тебя, не делай больше так, ни при мне, ни без меня. Договорились?
– Да я и не собирался, хватило.
– Ну, вот и отлично! Как выходные будешь проводить? Может, увидимся?
– В театр иду.
– Один?!
– Нет, конечно. С девушкой.
– А, со своей Девочкой-припевочкой? – Андрей оставался неизменным, явно сделал то, о чём его просили, и был рад, что прошло всё быстро и успешно, – так приезжайте после театра к нам, познакомишь.