В темноте мигнул телефон. Ему было лень тянуться в его сторону, но привычка просматривать приходящее оказалась сильней. Сообщение пришло от Саши. Открыл, прочитал.
– Привет! Поздравляю с твоим днём! Желаю всего-всего и крепко целую!
Вадим смотрел на сообщение, у него не было ни слов, ни предположений на этот счёт. Долго смотрел, наверное, надо написать хотя бы «спасибо». Он не мог решиться, осознавал, что сейчас, как дурак, висит в сети. Саша тоже была в сети, ждала ответа. Придумалось как-то само по себе.
– Привет! Спасибо¸ польщён! – добавил смайл с сердцами вместо глаз. Отправил и написал вдогонку следующее, – в субботу отмечаем, приглашаю!
– Что за компания будет? – она ответила моментально.
– Тебе понравится, приходи, – Вадик следующим сообщением послал адрес родителей и время сбора семьи.
– Хорошо. Спасибо. Принято, – при этом добавила улыбочку.
– Жду, – написал Вадим большими буквами, разместив между ними красные сердца, и вышел из разговора. Убрал телефон под подушку, устроился поудобней и спокойно погрузился в сон.
В субботу родители ждали его к полудню, остальные гости должны были прибыть к обеду. Гости – это Андрей и Женя, мамина сестра и давние приятели родителёй, крёстные Вадима. На приход Александры Вадим сильно не рассчитывал.
Отмечание его дня рождения у родителей дома было целым ритуалом. Отец считал, что Вадим достаточно взрослый, чтоб праздновать свои дни рождения сам и со своей компанией. Маме же этот праздник был необходим, как воздух. В гости приходили одни и те же, самые близкие и родные люди. Вадим не отстаивал здесь свою самостоятельность, видеть счастливую маму, было истинным удовольствием и принимать красиво упакованные подарки от семьи тоже. Даже бубнёж отца по поводу его инфантилизма, создавал неповторимую атмосферу отмечаемого праздника. Приглашение Александры для него ничего не значило, он наверняка знал, что она его, скорее всего, проигнорирует и вряд ли придёт. Приглашение было формальностью, как и её согласие.
Вадим приехал вовремя, без опозданий, при полном параде, как любила мама. Безупречно отглаженные брюки, однотонная рубашка и огромный по своим размерам и объёмам букет цветов. Протянул букет, переступив порог, крепко обнял маму, поцеловал. Отец протянул руку для пожатия, в процессе дернул его на себя и по-мужски обнял, похлопав по спине. В гостиной ему вручили красивую коробку с подарком и попросили раньше времени не открывать.
– Мальчики, ставьте стол! – скомандовала мама и направилась на кухню.
Отец и сын переглянулись и без лишних слов начали подготовку к приходу гостей. Мама заглянула к ним через какое-то время и одобрительно кивнула, осталась довольна их работой, скрылась и вновь появилась со скатертью в руках.
– Постелить и начинаем накрывать! Где посуда все знают, – она нежно провела рукой по плечу сына, – какой ты у нас красивый.
– А толку то от этого, – пробубнил папа, – где семья, внуки, ну на худой конец – девчонки?
– Ах, да! Забыл вас предупредить – надо поставить ещё одну тарелку, я как раз друга пригласил, – Вадим вспомнил про Александру, которую пригласил назло Андрею. – Простите, забыл сказать.
– Господи, да на здоровье! Места хватит всем, – мама была счастлива, она готова была пригласить всех.
Всё понеслось своим приятным чередом. Мама колдовала на кухне, знакомый аромат с детства будоражил аппетит. Вадим еле успевал ставить столовые приборы и протирать фужеры, а мама уже звала забирать готовые блюда. Отец, передвинув мебель, никогда дальше участия в подготовке не принимал. Садился на диван перед телевизором и поднимался, когда проходили первые гости. Ничего не менялось уже много лет. Вадику и не хотелось, чтоб было что-то другое. К этому постоянному, от года к году, прибавлялось всегда новенькое и становилось обязательным в этот день. Вадик тихо зашёл на кухню, мама его не заметила. В руках он держал отличную бутылку вина и два фужера из какого-то там ужасно дорогого хрусталя, до которых не давали даже дотрагиваться.
Мама склонилась над столом, брала с тарелки нарезанные, по-разному, овощи и красиво выкладывала их на салаты, мясные нарезки и не только. Украсив очередное блюдо, она грациозно отстранялась и оценивала со стороны. В раздумье, глядя, иногда облизывала большой и указательный пальцы, по-очереди. Такую картину приготовления Вадим помнил с пяти лет. Он прислонился к дверному косяку и наслаждался вернувшимся к нему детством, пока неосторожно не звякнул хрустальными фужерами. Мама вздрогнула и повернулась.