Влажный теплый рот.
Встречая ее язык, скользя вдоль и задевая нёбо, я повел руками выше, задирая майку и чувствуя мягкое кружево белья. С легким удивлением отстранился под тихий, но недовольный стон, и, смотря в прикрытые глаза, под ее тяжелое дыхание резко опустил ладонь за пояс шорт, находя ажурную резиночку.
— Готовилась?
Ленси явно не собиралась отвечать, притянув меня за шею и кусая нижнюю губу в кровь. Слегка сморщившись, вновь отодвинулся, чтобы стянуть ее майку, так умилившую меня несколько часов назад. Светло-салатовый бюстгальтер оттенял ее темную кожу, делая еще более привлекательной. Но плевать, будь она хоть в какой тряпке, ее тело и так вызывало желание. Мягкий животик, возвышающаяся дуга ребер, маленький шрам под левой ключицей и вытянутая родинка на правой грудке. Желание провести губами по желанному телу стало едва ли не болезненным, и я не стал себе отказывать в таком удовольствии. Последний раз обведя языком чувственно приоткрытые губы брюнетки, спустился ниже, сразу впиваясь засосом в тонкую кожу за ухом. Не знаю, как она отреагирует утром, но сейчас она тихо стонет, оттягивая мои волосы и, кажется, окончательно сводя с ума тихим:
— Адан…
Повел языком ниже по дрожащему горлу, прихватывая зубами кожу, легко дуя на отпечатки. Но выпирающие косточки ключиц привлекали меня чуть больше, поэтому последний раз мокро поцеловав шею, спустился к ним. Вылизывая кожу, повел ладонями к бедрам и остановил на внутренней стороне, пальцами гладя под кромкой клитор. Девочка тихонько заскулила, раздвигая ножки только шире, подаваясь ближе.
— Развратница.
Под ее тихий смешок по моей спине заскользили руки, едва ли не сдирая мокрую на спине футболку. Ткань полетела в сторону, кажется, что-то столкнув на пол, о чем свидетельствовал звук, на который сразу повернула голову Валенсия. Она еще и приподнялась, но я сразу повернул ее голову к себе, вновь начиная поцелуй. Губы, язык, слюна, зубы и громкий чмок. Снова ниже, обходя мокрую кожу и спускаясь к груди под учащенное горячее дыхание. Мягкие поцелуи вдоль кромки лифчика и тихий щелчок застежки. Лишнее в сторону и мои губы достигают темных ореолов. Легкий засос и тихий скулеж в сумраке гостиной. Я шумно выдохнул, прежде чем осторожно обхватить ртом горошинку соска. Ленси выгнулась в спинке, застонав и схватившись за мои волосы, когда я провел языком по чувствительному месту. Чуть прихватил зубами, оттянул и вновь языком. Девочка подо мной сжимала ножки и тихо что-то нашептывала в перерывах между постанываниями.
Я поднял левую руку, опираясь на правую, ко второй грудке, требующей внимания, и сильно сжал, потирая сосочек пальцами. Мои шорты приносили уже сильный дискомфорт и желание снять оставшуюся одежду было почти болезненное, но торопиться не хотелось. Растягивая прелюдию, делаешь вкуснее сам процесс.
Поэтому я сел чуть удобнее, чтобы не наваливаться на нежную Ленси. Медленно-медленно, смакуя момент, отпустил грудку и опустил ладонь ей между ножек, только слегка надавливая двумя пальцами. Девушка задержала дыхание на миг, впиваясь ноготками мне в плечи, а после вновь застонала, когда я с нажатием провел пальцами чуть вверх и вниз.
— Адан, сильнее…
Тихий всхлип от моего повторного действия, и девушка поднимает бедра, выпрашивая новые ласки. Отказать я ей не мог и не хотел, поэтому, пальцами лаская нижние губки через ткань, спустился ртом к животу, вычерчивая мокрые дорожки языком, наслаждался ее дрожью, судорожными движениями и грудными стонами моей прекрасной любовницы. Но хотелось больше. Так хотелось, что руки сами тянулись к молнии ненужных шорт. Пуговка расстегнута, тихий «вжик», и я стягиваю джинс по гладким ножкам, оставляя Валенсию в одних трусиках. Она смотрит на меня ошалелыми глазами, то кусая, то облизывая губы, которые скоро растянула в провокационной улыбке, что я заметил при тусклом свете луны. Одна ее ручка медленно стекла с моей шеи, по груди, заставив сбиться дыхание, покружила на прессе, после чего резко охватила одну из моих рук, до этого опирающихся по обе стороны от нее. Мы смотрели друг другу в глаза, когда она отвела наши ладони туда, где ей хотелось больше всего чувствовать мои касания. Вместе надавили на клитор, и Ленси уже мало что могла соображать, откинувшись на подлокотник, она тихо взвыла.