— А у меня сейчас вдруг мелькнула другая мысль, — засмеялся бывший Президент.
— И какая же? — угрюмо буркнул я. — Ничего смешного в создавшейся ситуации не вижу.
— Появление этих существ, как ни странно, разрядит обстановку в Федерации. Главное, что военно-промышленный комплекс снова будет завален заказами. Какое уж тут недовольство, какие уж тут тайные интриги, заговоры и перевороты! А, кроме этого, всё общество сплотится в борьбе против нового опасного, злобного, коварного и крайне зловещего и непонятного врага. Какие уж тут могут быть либералы и консерваторы!
— Пожалуй, вы правы, — задумчиво произнёс я. — Эти положительные моменты очень важны.
Я разлил по рюмкам остатки коньяка, чокнулся с собеседниками.
— За победу!
— За победу!
— За скорую победу!
Я встал, подошёл к окну, полюбовался каштанами, тяжело вздохнул, а потом вернулся к столу и задумчиво посмотрел на пустую бутылку из-под когда-то божественного напитка. Да, — что такое пол литровая ёмкость для трёх здоровых мужиков?! Я укоризненно посмотрел на НЕГОДЯЯ. Он откинул крышку глобуса и выудил из него ещё одну бутылку коньяка, открыл его, налил всем по неполной рюмке, порезал лимон и посыпал его сахаром, а так же тонко нарезал плотный глазастый сыр.
— За здоровье!
— За здоровье!
— За крепкое здоровье!
Этот коньяк оказался несколько жёстче, чем предыдущий, но был он так же весьма и весьма не плох.
— Где вы их берёте? — обратился я к НЕГОДЯЮ.
— Места надо знать, — улыбнулся мой славный Премьер Министр, а потом он стал крайне серьёзен и спросил. — Ваше Превосходительство, вы что-то явно не договаривайте.
— Завтра отправляемся в другой мир вдвоём, готовьтесь. Нет, отправляемся сегодня! — устало сказал я и кисло поморщился. — Мне вы нужны там, на другой планете. Нечего здесь просиживать задницу и жрать коньяк вёдрами и бочками. Хватит!
— Но, извините, вёдра и бочки присутствуют и в том мире…
— Да, вы правы, — рассмеялся я.
— Ну, а бывший Президент?
— А что бывший Президент? Набьёте ему холодильник под завязку, и пусть развлекается, как может. Двери надёжные, на окнах решётки. Даже если он каким-то чудом вырвется из заточения, то что он будет делать дальше, куда пойдёт без денег, без знакомых? Мы эту тему уже с вами обсуждали. Бог с ним, с нашим узником. Пусть бродит, ходит, слоняется, где угодно, если ему так захочется. Всё равно вернётся к вечно желанному, изобильному и обожаемому холодильнику.
— Слушайте, господин Президент, Ваше Превосходительство! А нельзя ли мне отправиться в мой мир вслед за вами? Ну, что я здесь дурью маюсь!? Я принесу больше пользы на своей планете. Я готов дать вам слово чести, что более никогда не выступлю против вас. Поверьте мне! — жалобно и крайне тревожно произнёс Экс Президент.
— Нет, такой вариант пока невозможен. Не верю я вам, хоть тресни! Не хватало мне ещё вести войну на два фронта: с Прожигателями, с Булями и с вами. Я ваш характер знаю. Вы думаете, что я забыл о том, что вы меня хотели расстрелять? А я-то в отношении вас поступил благородно и гуманно! Стыдно! Очень стыдно должно быть вам!
— Я полностью раскаялся и изнемогаю от страшного стыда! Я готов немедленно и бесповоротно искупить все мои грехи! — с готовностью воскликнул Экс Президент.
— Ладно, ладно! Я подумаю как-нибудь и где-нибудь на досуге о вашей дальнейшей судьбе, — рассмеялся я.
— Премного благодарен!
— Ваше Превосходительство, так что же всё-таки вы от нас скрываете? — снова спросил НЕГОДЯЙ. — Не такую уж смертельную сверх опасность представляют из себя Прожигатели. Рано или поздно мы с ними справимся. Придётся, правда, кое в чём себя ограничить и поднапрячься. Вы, кстати, упомянули о каких-то Булях. Это что или кто?
— Может быть, может быть и справимся… — задумчиво произнёс я. — А Були, есть Були…
— И всё-таки, Ваше Превосходительство, что вы от нас скрываете? — снова спросил НЕГОДЯЙ. — Что-то угнетает и гложет вас.
— Какой же вы проницательный, — горько усмехнулся я. — Ладно… Эта информация проходит под грифом «Совершенно секретно», но какой смысл её скрывать от вас обоих: от бывшего первого лица государства и от нынешнего второго лица?
Я налил всем немного коньяку, опорожнил свою рюмку, не чокаясь и не произнося никакого тоста, а потом мрачно произнёс:
— Вчера вечером Службой Береговой Охраны был зафиксирован выход какого-то странного существа из океана на берег. Это не был Прожигатель в привычном смысле слова. Это нечто похожее на него, но несколько иное. И назвали мы его БУЛЕМ.