— Штатно на борту должны находиться два человека — капитан и пилот. А вот есть ли там пассажиры… — командир покосился на Марка и продолжил: — Ситуация сама по себе ужасающая, однако это далеко не все. «Венера-Орбитальная» выдала предупреждение именно для нас еще и потому, что неуправляемый корабль падает буквально на наши головы. Да-да, как это ни прискорбно… И будет он здесь уже… уже через три с небольшим минуты. Вот такие наши дела… Ник! Быстро к радару!
Мгновенно все пришло в движение.
Сам Мих-Мих окончательно развернулся к комплексу связи и сразу же забормотал в микрофон нечто неслышное в общем шуме. Вероятно, пытался выяснить какие-нибудь подробности катастрофы у «Венеры-Орбитальной».
Не медля ни секунды я бросился вперед, бесцеремонно оттолкнув в сторону оказавшегося на пути Сэма.
— Майкл! — крикнул я, падая в мягкие объятия кресла перед пультом и взмахом руки зажигая над ним голографический экран. До недавнего времени абсолютно пустой, а потому не интересовавший никого ни в малейшей степени и отключенный за ненадобностью. — Готовь станцию к маневру уклонения! И немедленно выруби ловушку, быстро!
Вот что значит профессионализм! Сам не пойму, как я про нее вспомнил, совершенно автоматически. Иначе мы определенно имели бы все шансы поймать в гравитационные сети совсем не ту добычу, которую ожидали.
Неожиданно обнаружилось, что Майкл, оказывается, уже давно восседает в операторском кресле в полной готовности к выполнению любых моих указаний.
— Ловушка отключена, — доложил он.
Вот это реакция! Молодец, стажер!
Марк исчез, я даже не заметил, когда. Скорее всего, бросился в инженерный отсек, поближе к драгоценным баллонам с гелием. И это правильно. Если мы потеряем плавучесть…
Даже Сэм, оказывается, уже успел занять свое место перед пультом и теперь о чем-то оживленно переговаривался с Майклом. Вид при этом у обоих встревоженный. Еще бы!
Вспыхнул экран радара, и на нем внезапно проявилась яркая, быстро перемещающаяся отметка.
— Есть! Я его засек! Идет практически точно в направлении запад-восток!
Мих-Мих тут же оторвался от микрофона и крикнул:
— Высота! Скорость! Что на курсографе? Информацию мне на экран! Да не тяни же ты!
И ничего я не тяну. Не моя вина, что события разворачиваются настолько стремительно. Я продублировал экран радара для Мих-Миха, а от себя добавил:
— Непосредственной опасности для станции нет. Согласно курсографу, корабль пройдет к северо-западу от нас на расстоянии два-два с половиной километра. Скорее всего, мы его даже увидим.
— Не расслабляйся! — строго предупредил командир. — Могут возникнуть всякие неожиданности.
И тут же, словно подслушав его слова, фортуна подбросила нам одну из них.
Отметка падающего корабля на экране радара внезапно разделилась на две, а спустя пару секунд еще на две.
— Командир! — крикнул я.
— Вижу, — стиснув зубы, ответил Мих-Мих.
— Что это?
Командир промолчал, не отрывая вгляда от экрана. Вместо него неожиданно ответил Майкл:
— Разваливается на куски… Смотрите, вот он!
Ослепительно сияющий болид внезапно разорвал облака по левому борту, в мгновение ока промелькнул за окном и столь же стремительно канул в пучину, оставив в оранжевых небесах клубящийся дымный след.
— Держись! — крикнул командир.
Через секунду станцию настигла ударная волна. «Афродита», несмотря на всю свою огромную массу, подпрыгнула на несколько десятков метров, словно обычный поплавок, а затем камнем ухнула вниз, прямо в скрытую плотной белесовато-рыжей дымкой раскаленную пропасть. После чего снова вынырнула и снова нырнула… и принялась раскачиваться вверх-вниз… вверх-вниз… и так до бесконечности.
Ощущения я испытывал при этом, надо сказать, самые препоганые. От перегрузки до полной невесомости. Желудок подкатил, казалось, к самому горлу, и я прилагал воистину героические усилия к тому, чтобы он не выскочил наружу. Не думаю, что остальные чувствовали себя намного лучше. Обеими руками я вцепился в подлокотники кресла и молил небеса только об одном, как бы не вывалиться из него в момент очередного падения и не рухнуть всей массой прямо на пульт. О том, чтобы пристегнуться, никто, конечно, даже не подумал.
Внезапный сильный толчок в левый борт, и к болтанке добавилось еще и вращение вокруг продольной оси.
Что это было? Попадание?.. Как-то не похоже. Скорее всего, поблизости пролетел еще один обломок, и нас крутанула еще одна набежавшая ударная волна… Как волчок… да вдобавок выматывающая душу прецессия… Господи, ну когда-нибудь это безобразие закончится? И почему бездействуют гасители качки? Черт! Похоже, они просто сошли с ума и отключились…