Каттнер, наконец, повернул голову и посмотрел на Алекса взглядом, в котором странным образом смешивались смертная тоска и угрюмая решимость идти до конца.
— Понимаешь теперь, почему мне необходимо вернуться?
Еще как понимаю, подумал Алекс. Тем более, что мечтаю вернуться ничуть не менее твоего.
— А ты не пробовал обратиться за помощью к друзьям… знакомым… Не может такого быть, чтобы не отозвался хоть кто-нибудь.
— У меня нет друзей, — глухо отозвался Каттнер. — После вынужденной отставки половина из них разбежалась сразу же… словно крысы с тонущего корабля. А другая половина с каждым ушедшим годом вспоминала обо мне все реже и реже, пока не забыла окончательно.
— Думаю, ты не совсем прав. На космофлоте до сих пор помнят, кто такой Эдвард Каттнер. По крайней мере, рядовые десантники и пилоты звездных кораблей. И поверь, даже твоя последняя выходка с угоном «Ириды» на мой взгляд не способна так уж сильно поколебать их уважение к человеку, который ни при каких обстоятельствах не бросает своих в беде. Но даже если дела обстоят именно так, как ты говоришь… В любом случае, можешь считать, что по крайней мере один друг у тебя теперь есть.
— Это кто? Ты что ли? — Каттнер повернул голову и принялся рассматривать Алекса так, словно увидел его в первый раз. — Не смеши… Ты мой конвоир, если не сказать тюремщик… Какая уж тут дружба.
— Можешь думать что угодно, — ответил Алекс. — Но если мы все-таки выберемся из этой передряги, обещаю, что приложу все усилия к тому, чтобы тебе помочь. В конце концов, брошу клич по всему космофлоту… и поверь, найдется немало тех, кто не останется равнодушным.
Каттнер отвернулся, а затем встал с кресла и снова склонился над лежащим на полу скафандром.
— Мэйдэй, мэйдэй… — раздался его голос, и в нем больше не чувствовалось обреченности, так поразившей Алекса всего несколько минут тому назад.
Внезапно из шлемофона донеслись какие-то новые звуки: шорохи, потрескивания, неясные хрипы и вздохи…
Каттнер оборвал фразу на полуслове и замер, прислушиваясь. Алекс боялся даже вздохнуть, чтобы лишним движением не спугнуть замаячившую на далеком горизонте безумную надежду на чудо. Сердце оглушительно стучало где-то у самого горла.
Неужели… неужели нас все-таки кто-то услышал? Нет, не верю… не могу поверить… такого просто не может быть… обычные атмосферные помехи…
Тонкий оглушительный свист пронесся по замершему в ожидании невероятного тесному помещению, оборвался на высокой ноте, и тут же в наушниках скафандра раздался негромкий голос:
— Слышу вас, «Феникс»… На связи автоматический исследовательский комплекс КРИС-1500. Сообщите точное количество выживших… Ответьте, «Феникс»…
— Робот, — разочарованно произнес Алекс пересохшими от волнения губами. — Всего лишь чертов робот…
— Где робот, там и люди, — возразил ему Каттнер и, склонившись к микрофону, громко сказал:
— На связи «Феникс». КРИС, слышу вас хорошо. Выживших двое: офицер службы безопасности Алекс Маккуин и подконвойный Эдвард Каттнер. Повторяю, выживших двое… КРИС, можешь обеспечить нам связь с людьми? Требуется немедленная эвакуация…
— Вас понял, «Феникс»… выживших двое, нужна эвакуация. Немедленно передам информацию на станцию «Афродита-2». Ждите ответа. Конец связи.
Каттнер поднял голову и взглянул на Алекса.
— Вот видишь, — сказал он. — Выходит, не зря мы с тобой упирались… Верно говорят: надежда умирает последней.
Уж это точно, подумал Алекс, стряхивая со лба крупные капли пота. Мы с тобой умрем куда раньше.
Глава 4
Сообщение КРИСа повергло экипаж «Афродиты» в состояние, близкое к шоку.
Причем, не только стажеров, что представлялось, в общем-то, вполне естественным и объяснимым. Ну что с них, спрашивается, взять, совершенно зеленые экземпляры, ни в малейшей степени не представлявшие всю степень невероятности произошедшего буквально у них на глазах события.
И если бы только стажеры! Ник с Марком Аврелием почти на целую минуту потеряли дар речи, и даже командир, Михаил свет Александрович, выглядел донельзя удивленным и растерянным, даром что бывший десантник.
Целых двое выживших в катастрофе «Феникса» — уму непостижимо… Уцелеть во время неуправляемого падения сквозь атмосферу, когда плавятся и горят самые тугоплавкие металлы — само по себе нечто из ряда вон выходящее. Но пережить после этого чудовищный удар о твердую каменную поверхность негостеприимной планеты!.. Невероятно! Все равно, что выиграть в покер у карточного шулера, шансы ровно такие же. Событие из разряда тех, которых попросту не может быть никогда.