— Парашюты вышли, — сказал он в микрофон.
— Вижу, — отозвался Николай. — Теперь можете расслабиться до самого окончания спуска. Осталось около пяти километров. Коррекцию я проведу дистанционно.
— Принято, — отозвался Майкл.
Прямо по курсу неожиданно возникло размытое темное пятно. Оно медленно всплывало откуда-то из глубин застилающей обзор грязно-оранжевой дымки, постепенно приобретая более-менее четкие очертания, чем-то напоминающие рубку поднимающейся из пучины подводной лодки.
Гора Маат, подумал Майкл. Хоть какой-то ориентир, а то ощущаешь себя подвешенным чуть ли не в центре вселенной, отчего в голове происходит лишь сводящее с ума кружение и потеря ориентации.
Интересно, как там Сэм, встревоженно подумал он. Что он все молчит и молчит… Как выпрыгнули из ангара, так с тех пор словно воды в рот набрал.
— Сэм! — позвал он. — Ты как там, живой? У тебя все в порядке?
— Да, — раздалось в наушниках, и Майкл с облегчением увидел, как фигурка в скафандре взмахнула рукой с поднятым вверх большим пальцем. — В порядке.
— А почему молчишь?
После небольшой заминки Сэм ответил:
— Это бесконечное падение… Было очень неприятно.
Согласен, подумал Майкл. Тем более, даже не видно, куда…
Внезапно он услышал где-то за спиной громкое шипение… и раз, и другой, и третий… и тут же почувствовал легкое изменение направления движения. Стропы парашюта за спиной неожиданно ожили и задвигались вверх-вниз… Майкла ощутимо потащило куда-то вправо. Вершина горы Маат плавно всплыла вверх и исчезла над головой, и лишь темнеющий по правую руку склон свидетельствовал о том, что новоявленные десантники пока еще не сбились с нужного курса.
— Небольшая коррекция, — сообщил Николай. — Теперь выйдете точно к цели. Время посадки — тридцать пять плюс-минус пять секунд.
— Принято, — ответил Майкл. — Сэм!
— Все в порядке, я готов…
Однако, голос выдавал волнение и даже страх перед неизбежной встречей с каменистой поверхностью плато Афродиты.
Я бы сильно удивился, если бы оказалось иначе, подумал Майкл. И все равно Сэм молодец, для первого раза держится просто идеально.
— В момент посадки сгруппируйся и спружинь ногами, — посоветовал он.
Сэм промолчал.
Дымка внизу неожиданно рассеялась, и в поле зрения, наконец, возникла долгожданная поверхность планеты. Прямо перед собой Майкл увидел глубокую борозду на склоне горы, пропаханную упавшим кораблем. Теперь стало окончательно ясно, что Николай не ошибся и вывел их точно к цели. Полоса быстро приближалась. Майкл оценил расстояние — не больше километра. Отлично! Утомительный пеший поход очевидным образом отменяется, каковое обстоятельство, естественно, не может не радовать.
Каменистая равнина неожиданно быстро надвинулась вплотную и вдруг сильно ударила по ногам. Майкл пробежал несколько шагов вперед и остановился. Волочившийся и цеплявшийся за что попало парашют неожиданно отстрелился, освободив Майкла от весьма нелегкого бремени, а затем большим белоснежным лоскутом плавно опал на поверхность.
Майкл оглянулся. Сэм спустился в целом благополучно, если не считать того, что при посадке он все-таки упал, и не успевший отделиться парашют несколько метров протащил его по камням. Он тут же принялся тяжело ворочаться с боку на бок в безуспешной попытке встать на ноги и, вероятно, крутился бы еще довольно долго, если бы Майкл не пришел ему на помощь.
— С прибытием на Венеру! — сказал он, с трудом наклоняясь к другу, чтобы помочь ему обрести, наконец, твердую опору под ногами.
— Пошла она знаешь куда! — раздраженно ответил Сэм. — Лучше держи меня как следует…
Очень может быть, что замечательные венерианские скафандры прекрасно защищали своих владельцев от чудовищного давления и температуры, однако, для исполнения даже простейших гимнастических упражнений оказались явным образом не приспособлены. А в результате запыхались оба, и понадобилось несколько минут, чтобы отдышаться.
— Николай, ответь! — позвал Майкл.
В наушниках захрипело, закашляло, а затем послышался еле слышный далекий голос. Словно с другого края вселенной, никак не меньше. Или, по крайней мере, с другой планеты…
— Слу… аю…айк…
— Что со связью? Почему такая плохая слышимость?
— Гро… ой фронт, — ответил Николай. — Идет пря… ас…
— Гроза, — подтвердил Сэм. — Взгляни на небо. Вот она…
Далеко на западе, прямо из белесо-рыжего марева, вырастала широкая темная клубящаяся полоса, время от времени разрываемая яркими всполохами электрических разрядов.