Айслинг покачала головой.
— Невозможно. Она мертва или в плену.
— Но может дотянуться до тебя. Ведьмы способнее этого, — он указал на дерево, отойдя. — Я говорил с ними, и они переживают о том, что принесет эта перемена.
— Перемена?
— Кэрман проснулась, Айслинг. Она ощутила тебя, говорила с тобой и хочет вернуть свою корону как королевы ведьм, матери тьмы и всего зла в мире. И она использует тебя для этого.
Айслинг отпрянула, глядя на ветки дерева-виселицы.
— Я ей не позволю.
— Вряд ли у тебя есть выбор.
* * *
Она смотрела на огонек, что развел Лоркан. Силуэты были в глубинах огня. Фейри плясали под ритм барабана, который совпадал с ее сердцебиением. Айслинг не знала, было ли так, ее разум был переполнен.
— Почему я не могу вернуться в замок? — спросила она в пятый раз. — Бран мог бы помочь. Он — Король-ворон. Только он может повлиять. Подхолмье принадлежит ему.
— А ты — Воронья королева, но Кэрман может тебя использовать без проблем, — Лоркан посмотрел на нее, лежа на земле. — Хочешь рискнуть тем, что она получит и Брана?
Он был прав. Если ведьма могла захватить Айслинг, она не хотела знать, что она могла сделать с Браном.
— Мы можем хоть послать ему весть? Он, наверное, думает, что Дарси смог украсть меня, или что я мертва, — Айслинг потерла руки, пытаясь согреться. — Я не хочу, чтобы он переживал.
— Знаю, ты его любишь, бла-бла-бла, — Лоркан повернулся на бок и поймал ее взгляд над огнем. — Тебе нужно перестать так за него переживать. Он взрослый.
— Очень сильный Неблагой, который может управлять слуа как армией, — исправила она. — Он не очень хорошо управляет этой силой. Он использует меня, чтобы ослабить бремя прошлых Королей-воронов, которые хотят, чтобы он творил зло.
— Пускай. Это в его природе.
— Мы злые не из-за того, Неблагие мы или Благие. Это так не работает.
Лоркан закатил глаза.
— Я не это имел в виду, и ты это знаешь. Я не говорю, что его вид делает его склонным к злу. Я о том, что он склоняется к злу. Бран — плохой, но хочет делать хоть немного добра в жизни, чтобы отыскать равновесие. Ты не можешь заставлять его быть хорошим, потому что считаешь свою мораль верной. Пусть будет тем, кем должен быть.
— Он убьет их, — прошептала она. Ей нужно было отвлечься, и она взяла палку и тыкала костер. — Я про подменышей.
— Думаешь? Ты оставила его одного с Дикой Охотой, и что вышло? Сотни их.
— Потому что я попросила.
— Ты его недооцениваешь, — ответил Лоркан. — Он сделал бы это и без тебя. Он видит их как личностей, когда многие фейри видят их как имущество. Бран никогда не был таким, как его семья, потому им сложно его понять.
— Пожалуй, ты прав, — прошептала она.
Он многое для нее сделал, но она все еще сначала думала о нем как о «неблагом», а потом как о Бране. Старая привычка. Айслинг переживала, что, если ее не было рядом, он пойдет по стопам тех, кто был до него.
Король0ворон не был хорошим. Не был добрым, судя по слухам и легендам. Он владел слуа как мечом, делал их жизни ужасными из-за того, каким был.
Бран не был таким. Он смягчался при виде слуа. Рассказывал им истории, пока ее там не было, растил их уверенность, помогал им стоять на своих ногах. Она восторгалась им.
Но судила его за то, что он не мог изменить.
Она шлепнула ладонями по бедрам и встала.
— Вот. Я ему скажу.
— Нет.
— Я слушала тебя, но я не согласна. Я скажу ему, где мы, и попрошу дать нам разобраться с этим.
— Будто он это сделает! — огонь вспыхнул, красный свет отразился в глазах Лоркана. — Ты знаешь, что он тут же окажется тут, если узнает о нашем плане.
— У нас нет плана, — она подняла ладони, чары уже плясали на пальцах. — И Бран постоянно действует без плана.
Лоркан поднял руки.
— Так и быть, — она не успела прошептать свое заклинание, он выпалил. — Магия обжигает и кусает, пусть моя мощь ее язык забирает.
Обжигающая боль пронзила ее рот. Она с огромными глазами коснулась ладонью рта, откуда вытекла струйка крови. Отсутствие большого куска плоти заставило ее охнуть. Пузырьки появились на жидкости на ее зубах.
Айслинг сжала кулаки.
Он даже не смотрел на нее. Он глядел на ночное небо, поднял ладонь. Ее скользкий язык поблескивал в свете огня.
— Не получишь его, пока не согласишься со мной.
Она хотела кричать, что он не на ту напал. Что она уничтожит его мыслью, всей силой Вороньей королевы.