Она пнула сумку по пути, яблоки выкатились оттуда на землю. Лоркан закричал и попытался схватить ее за крыло, но она уже убегала от него, хлопая крыльями.
Она поднялась к облакам.
Как он смел? После всего, что он сказал о помощи ей, что он не покинет ее, он решил, что именно сейчас стоит лениться? Этот лес был жутким, скрытым в Подхолмье, и скорее всего, там было нечто более пугающее, чем герцогиня банши.
Она говорила об этом? Айслинг пыталась вспомнить, что могла упомянуть банши. Тут был зверь? Она знала лишь, что существо было сильным и древним, как сама банши.
В истории было много сильных существ. Она могла перечислить сотню, а это были те, о которых говорили люди. Фейри могли далеко не всех упоминать в мире людей.
Она подлетела к лесу и посмотрела на спутанные лозы с шипами. Должен быть вход. Несколько брешей показывали тропу, что вилась среди лоз и тянулась, сколько она видела.
Как такое можно было преодолеть?
Чем дольше она смотрела, тем больше понимала, что лес был лабиринтом. Проходы соединялись. В каждом конце виднелись чудища, и страх сжал ее сердце. Если она неправильно поняла, она окажется в брюхе зверя, который давно не ел.
Она сглотнула, спустилась ближе к лабиринту. Бреши в лозах позволяли ей продумать спуск в лес, но от этого не было лучше.
Айслинг большую часть дня разглядывала пейзаж. Некоторые длинные проходы были безопасными. Пруды воды сияли в конце, а то и столы со свежими фруктами фейри. Другие обрывались, и пропасть скрывала магия, которую Айслинг замечала лишь вблизи.
Солнце близилось к горизонту, выглянула луна, и она нашла. Маленькая брешь была в центре лабиринта. Разве не там всегда скрывали сокровища? Ей нужно было в центр.
Она осторожно опустилась на лозы над ним и клюнула ветку. Она крошилась под ее клювом, но недостаточно быстро. На это уйдут дни в таком облике.
К счастью, проклятие отпустило ее. Она заставила превращение произойти за миг, но закричала от ослепительной боли. Заряд магии слетел с ее пальцев, зашипел на лозах, превращая их в пыль.
Айслинг рухнула на бок. Воздух вылетел из легких, и она задыхалась, впивалась ногтями в твердую почву.
Тут что-то было, должно быть, и она не могла задыхаться на земле. Кашлянув пару раз, она заставила себя встать на четвереньки, а потом со страхом огляделась.
Центр лабиринта не отличался от остальных частей. Тусклый свет падал из-за веток, бросал длинные неровные тени. Пыль висела в воздухе, мир был древним. Все было оттенков серого. Угольные лозы, пепельная земля, темные коридоры тянулись в узоре звезды, и слабый запах дыма было от символа в центре пола.
Она подползла ближе и провела ладонью по скрытой мозаике. Глаз смотрел на нее, такой же, как на ее татуировках. Она подняла ладонь и сравнила два глаза.
Шипение зазвучало в комнате. Голос донесся оттуда, слова было сложно узнать, но она смогла различить их.
— Одинаковые, да? — спросил он.
Дрожь пробежала по ее спине.
— Да.
— Интересно, почему? — существо вдохнуло громко, потом фыркнуло, словно пробовало запах. — Ведьма? Королева? Странное смешение для этих краев.
— Я — Воронья королева, — она осталась на корточках. — Я полагаю, это ты — древнее существо, с которым меня послали встретиться?
— Послали? — теперь звук был как лай охотничьих псов. — Кто?
— Герцогиня мертвых.
Грохот донесся за ней. Айслинг повернулась с шипением, но ничего не увидела. Существо скрывалось в тени, она не могла понять, какого из коридоров.
Голос зазвучал снова:
— Ты пришла украсть?
— Нет.
— Навредить?
— Нет.
— Врешь, — прошипело оно. — Все приходят воровать или вредить.
Она прижала ладонь к символу, глаз к глазу, и сила пронзила ее тело.
— Ты учуял меня. Ты знаешь, что я говорю правду. Фейри не могут врать.
— Фейри делают это. Рассказывают истории, запутывают мысли людей, а потом врут… врут… врут, — его голос становился более хриплым с каждым словом, пока не стал неузнаваемым воплем, словно псы учуяли добычу.
— Я — нет, — ее голос зазвенел в коридорах, отразился эхом к ней, словно тысяча женщин злилась из-за вопросов. — Ты меня видишь, чуешь, ты знаешь, что я не такая, как остальные. Чем еще я могу доказать свои слова?
Она должна была доказать свои слова. Это существо точно было самым сильным в лабиринте, хотя она еще не видела его магию.
Ее разум напомнил ей Брана, его видение. Он шел за ней, и у нее не хватало времени разобраться с этим самой. Ей нужно было остановить Кэрман, не пустить ее к Королю-ворону. И она хотела защитить любимого, который уже так много для нее сделал.