– Давай, Томас, давай! – мрачно прошептал Зуга в длинные лохматые уши. Том молотил землю копытами, идя неуклюжим аллюром.
Зуга не оглядывался, зная, что их нагоняют, причем очень быстро. Он вытащил карабин из чехла и проверил, заряжен ли.
Мишенью служили суповые тарелки из белого фарфора, установленные на расстоянии в двести ярдов, – немаленькое расстояние после такого бешеного галопа. Распорядители махали шляпами, показывая дорогу к линии огня:
– Сюда, майор!
Перед низкой загородкой из колючих веток, отмечавшей линию огня, Зуга бросил поводья, и Том застыл на месте. Вскинув ружье, Зуга выстрелил, едва приклад коснулся плеча – одно из далеких белых пятен исчезло, взорвавшись осколками. Он перезарядил карабин и торопливо оглянулся: в полумиле жеребец оглушительно барабанил копытами по земле.
Зуга выстрелил, но Том, измотанный дикой скачкой, тяжело дышал, бока ходили ходуном.
– Черт побери!
В данных обстоятельствах спешить не следовало. Зуга не удержал патрон, и сверкающий медный цилиндрик выскользнул из пальцев, ударил по ноге и зарылся в песок. Вогнав новый патрон в патронник, Зуга медленно вдохнул и примерился к движениям Тома.
Карабин ударил в плечо, едкий пороховой дым окутал лицо – вторая мишень разлетелась вдребезги.
– Два попадания, майор! – закричал распорядитель. Грянул еще один выстрел. – Три попадания, осталась одна мишень!
Рядом с Зугой золотистый жеребец на полном скаку остановился, осев на задние ноги. Луиза одним прыжком выскочила из седла: вихрем взметнулись вышитые бусами юбки из оленьей кожи, мелькнула гладкая икра над сапожком и ямочка под округлым коленом. Несмотря на драматизм момента, видение женской ножки отвлекло Зугу – он чертыхнулся, промазав по мишени.
Луиза стреляла из последней модели легендарного «винчестера», многозарядного карабина образца семьдесят третьего года, в котором первоначальную ствольную коробку из полированной латуни заменили вороненой сталью. Современные патроны центрального воспламенения позволяли использовать тяжелые свинцовые пули без ущерба для силы и точности выстрела.
Перекинув поводья через левое плечо, Луиза приготовилась стрелять стоя, наклонившись вперед, чтобы компенсировать отдачу. Она стреляла по-американски, вскидывая карабин к плечу и одновременно нажимая на спусковой крючок, не выдерживая паузу на выверку прицела и не давая стволу времени сдвинуться.
– Миссис Сент-Джон, одно попадание! – крикнул распорядитель.
Треск выстрела испугал Метеора. Жеребец поднялся на дыбы и попятился, дернув поводья, переброшенные через плечо Луизы. От рывка она упала – второй выстрел ушел в небо, «винчестер» вылетел из ее руки, длинные юбки опутали ноги.
Копыто Метеора, острое, как топор дровосека, проехало по шее Луизы, чуть ниже основания толстой косы – на коже осталось красное пятно, однако ссадины не было.
У Зуги кровь застыла в жилах. Он развернул Тома, чтобы отогнать жеребца.
На несколько ужасных секунд лежащая на земле Луиза исчезла в облаке пыли, поднятом копытами лошадей. Зуга хотел крикнуть, чтобы она отпустила поводья, но горло перехватило. Луиза внезапно поднялась на колени, лицом к Метеору, упрямо цепляясь за повод обеими руками. Жеребец снова вздыбился, и Луиза использовала его рывок, чтобы встать на ноги – покрытая пылью и растрепанная, но все-таки живая и очень сердитая.
– Спокойно! – крикнула она. – Успокойся, говорю!
Ее слова прозвучали, как удар хлыста. У Зуги камень с души свалился, тем не менее, поворачивая Тома обратно к линии огня для последнего выстрела, он не удержался от шпильки:
– Мадам, вы бы сначала выдрессировали животное.
– Идите к черту, майор Баллантайн! – ответила она тем же тоном, каким осадила жеребца. Бранные слова, слетевшие с ее губ, почему-то не шокировали, а странно возбуждали.
Зуга дал Тому несколько секунд, чтобы прийти в себя и восстановить дыхание, затем вскинул ружье, поймал в прицел отдаленное белое пятнышко и нажал на спусковой крючок.
– Четыре попадания, майор! Можете ехать дальше! – крикнул распорядитель.
Луиза подтащила Метеора к деревцу дикой сливы с низко расположенными крепкими ветвями. Она ловко привязала поводья к ветке и помчалась обратно, приподняв юбки почти до колена. Распорядители во все глаза пялились на ее голени в обтягивающих сапожках.
Миссис Сент-Джон подхватила с земли «винчестер» и бросилась к линии огня, на ходу перезаряжая карабин. На лбу Луизы виднелись мелкие капельки пота. Происшествие явно потрясло ее: вскинув карабин к плечу, она задержала выстрел, и тяжелый ствол дрогнул. Луиза опустила ружье, плечи у нее тряслись. Сделав два глубоких вдоха, она вскинула «винчестер» и нажала на спусковой крючок.