– Спасибо, – кивнул Зуга. – Я пошлю с вами охрану, чтобы проводили до колонны. Они не намного отстали от нас. Сержант!
Вперед выехал симпатичный юноша с тремя нашивками на рукаве: широкоплечий розовощекий англичанин.
– Сержант Экат, возьмите шестерых бойцов из трех замыкающих рядов и проводите этих людей.
Зуга коротко отсалютовал сестре и шурину.
– Отряд, галопом марш! – приказал он.
Первые два десятка солдат проскакали мимо, по дороге в Булавайо, а сержант и шестеро его подчиненных подъехали к повозке.
Вики повернулась, посмотрела в глаза сержанту, медленно вздохнула и выпятила грудь под выцветшей тканью блузки. Тот уставился на девушку, заливаясь румянцем от высокого воротника мундира до самых ушей. Вики провела по пухлым губам розовым язычком и лукаво прищурилась – получив такой удар с расстояния менее шести футов, сержант Экат чуть не выпал из седла.
– Виктория! – предостерегающе окликнула Робин, не оглядываясь.
– Да, мамочка.
Вики торопливо ссутулилась, скрывая выставленную напоказ грудь, и придала лицу благопристойное выражение.
ТЕЛЕГРАММА ПОЛУЧЕНА В ФОРТ-ВИКТОРИИ 10 НОЯБРЯ 1893 ГОДА ПЕРЕДАНА ПО ГЕЛИОГРАФУ ИЗ БУЛАВАЙО:
ДЖЕЙМСОНУ ТЧК ПРАВИТЕЛЬСТВО ЕЕ ВЕЛИЧЕСТВА ОТКАЗЫВАЕТСЯ ПРИЗНАТЬ МАТАБЕЛЕЛЕНД КОЛОНИЕЙ ИЛИ ВЗЯТЬ ЕГО ПОД ЮРИСДИКЦИЮ ВЕРХОВНОГО КОМИССАРА ТЧК МИНИСТР ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЕЕ ВЕЛИЧЕСТВА СОГЛАСЕН ПЕРЕДАТЬ УПРАВЛЕНИЕ НОВЫМИ ТЕРРИТОРИЯМИ КОМПАНИИ ТЧК МАШОНАЛЕНД И МАТАБЕЛЕЛЕНД ОТНЫНЕ НАХОДЯТСЯ ПОД УПРАВЛЕНИЕМ КОМПАНИИ ТЧК АКЦИИ КОМПАНИИ В ЛОНДОНЕ ПОДНЯЛИСЬ ДО ВОСЬМИ ФУНТОВ ТЧК ИСКРЕННИЕ ПОЗДРАВЛЕНИЯ ОФИЦЕРАМ И РЯДОВЫМ ОТ ЮПИТЕРА ТЧК
ДЖЕЙМСОНУ СРОЧНО И СЕКРЕТНО УНИЧТОЖИТЬ ВСЕ КОПИИ ТЧК МЫ ДОЛЖНЫ ЗАХВАТИТЬ ЛОБЕНГУЛУ ТЧК НИ ПЕРЕД ЧЕМ НЕ ОСТАНАВЛИВАТЬСЯ ТЧК ЮПИТЕР
– Преподобный отец, я посылаю достаточно большой отряд для сопровождения Лобенгулы. – Джеймсон стоял у входа в палатку, глядя на почерневшие руины королевского крааля. – Я уже отправлял королю это сообщение.
Джеймсон вернулся к столу и прочитал запись в блокноте:
– «Чтобы прекратить бессмысленную бойню, вы должны немедленно явиться ко мне в Булавайо. Я гарантирую вам безопасность и хорошее обращение».
– Король вам ответил? – спросил Кодрингтон. Он отказался присесть и напряженно выпрямился перед раскладным столиком, служившим Джеймсону письменным столом.
– Вот. – Доктор вручил священнику грязный обрывок бумаги, сложенный пополам.
Клинтон торопливо пробежал глазами текст: «Имею честь сообщить вам, что получил ваше письмо и услышал все, что вы хотели мне сказать, поэтому я приду…»
– Ответ написан пройдохой-полукровкой по имени Джекобс, который увязался за Лобенгулой, – пробормотал Клинтон, глянув на безграмотную многословную записку с многочисленными ошибками. – Я знаю его почерк.
– Как вы думаете, король это всерьез? – спросил Мунго Сент-Джон, развалившийся на раскладном парусиновом стуле в противоположном конце палатки. – Он в самом деле приедет?
Клинтон не повернул к нему головы.
– Доктор Джеймсон, я не оправдываю ни ваши собственные действия, ни действия вашей печально известной компании. Я пришел сюда по вашей просьбе с целью сделать все, что в моих силах, чтобы исправить ужасное зло, причиненное народу матабеле. Однако я не намерен ни разговаривать, ни как-либо общаться с этим вашим подручным.
Джеймсон раздраженно нахмурился.
– Ваше преподобие, не забывайте, пожалуйста, что я назначил генерала Сент-Джона управляющим и верховным судьей Матабелеленда…
– Вам, разумеется, известно, что ваш верховный судья когда-то прославился как работорговец, – резко оборвал его Клинтон. – Он покупал и продавал чернокожих, над которыми вы теперь дали ему власть!
– Благодарю вас, ваше преподобие, мне известно, что когда-то генерал Сент-Джон занимался законной торговлей. Мне также известно, что вы, будучи действующим офицером королевского флота, атаковали корабль генерала и были за это отданы под военно-полевой суд, заключены в тюрьму и разжалованы. Не будем отвлекаться, ваше преподобие. Если вы не желаете разговаривать напрямую с генералом Сент-Джоном, то можете обращаться ко мне.
Развалившийся на стуле Мунго скрестил ноги в начищенных до блеска сапогах и лениво улыбнулся, однако его единственный глаз остро сверкнул, словно обнаженный клинок.
– Доктор Джеймсон, будьте любезны, поинтересуйтесь у его преподобия, полагает ли он, что Лобенгула сдастся?
– А вы бы сдались? – спросил Клинтон, по-прежнему не глядя на Мунго.