Мы, наконец, достигли нужной цели. Меня привели в какое-то помещение небольших размеров, но до ужаса пыльное и пустынное. Сразу было видно, что здесь не убирались даже дольше, чем в основной части замка.
Не успела я спросить, что происходит, как Этисс хлопнула в ладоши. Из её рук посыпались искры, разлетевшись в разные стороны, и, словно по цепочке, железные факелы над нашими головами начали загораться.
Спустя жалких секунд двадцать зал был освещён. Я огляделась, невольно чихнув от пыли, которую мы подняли своим приходом. Здесь всё ещё было до ужаса холодно, поэтому мне хотелось быстрее разобраться с этим непонятным «интересным местом» и вернуться в относительно тёплые покои, ну, или же к месту, где есть камин.
— Ты хотела показать мне пыль? — не выдержав, заговорила. — Не стоило утруждаться, её и в центральной части хватает с лихвой.
— Нет, миледи, с вами желают поговорить, — покорно произнесла Этисс.
— Кто? — иронично поинтересовалась я.
Но ответ не требовался. Послышался некий треск, а после неуверенный, но до боли знакомый голос:
— Рэйлин?
Я дёрнулась, словно от пощёчины, резко двинувшись в противоположный конец зала. Туда, где в стену было встроено зеркало, покрытое толстым слоем пыли. Оглядевшись, я поняла, что таких зеркал здесь было порядком десяти штук.
— Папа? — хрипло спросила.
— Рэйлин, девочка моя, — выдохнул мой родитель. И я бросилась к зеркалу, стирая пыль, совершенно не заботясь о чистоте собственных ладоней. — Как же я рад тебя видеть, Рэйлин, — повторил отец, склонив голову к плечу.
Я внимательно смотрела на него в ответ, казалось, подмечая все изменившиеся мелочи, вбирая в себя его образ. Папенька не изменился, разве что на его лице появилось больше морщин и щетина, но это его нисколько не портило. И хоть я понимала, что не виделись мы не так уж и долго, для меня казалось, что прошло уже несколько лет.
— Папа… как?
— Пришлось немного пообщаться с демонами, — как-то самодовольно произнёс родитель, мне показалось, что кто-то позади него глухо застонал. — Можно сказать, они мне были давно обязаны, и я, так сказать, потребовал должок обратно.
— Ты нашёл выход? — поинтересовалась с замиранием сердца.
— Лучше скажи ты мне, брак был консуммирован?
— Нет.
— Это хорошо, — задумчиво произнёс отец, — очень и очень хорошо. Мне нужно время, Рэй, три дня. Три дня и я тебя вытащу, хорошо?
Я ошарашено застыла, не веря в его слова. Всего лишь три дня? Как-то это слишком быстро. Отчего-то во мне неясным букетом расцвело сомнение, а хочу ли я покидать этот замок вообще? Нет-нет, никаких сомнений, это всё магический брак, он привязывает две сущности, заставляя испытывать желание, не больше.
— Я постараюсь.
— Отлично, — отрывисто произнёс папенька, а после резко замолк, стремительно обернувшись куда-то за свою спину. Простоял он так недолго, но вернулся ко мне стремительно, быстро произнося. — Мне пора, через три дня за тобой придёт существо, ты узнаешь его сразу. Главное — не медли.
Я отрывисто кивнула, с замиранием сердца наблюдая за тем, как лицо отца поплыло, пока не превратилось в однородное марево, став практически матовым. От зеркала отходила с тяжёлым сердцем и пустой головой. Лишь когда мой взгляд рассеяно упал на служанку, до этого стоявшую в дверях, попеременно выглядывающую наружу, я, казалось, очнулась.
Стремительно подошла к ней, замерев лишь в считанных сантиметрах, внимательно вглядываясь в её ровные черты лица. Прищурилась, собираясь было что-то произнести, но передумала. Молча кивнув ей, выпрямилась, сложив руки спереди, гордо выплыла в коридор, чеканя каждый шаг.
Подумаешь, каких-то жалких три дня. Не думаю, что с ними возникнет какая-то сложность.
Глава 9.
Обедать на открытой лоджии, на высоте в километр от земли, казалось не самой наилучшей идеей. Особенно, когда ветер пронизывал до костей, практически замораживая душу изнутри, а над головой летала пара диких грифонов, изредка издававшие пронзительные вопли. И настолько это очаровательно сюрреалистично, что дух захватывало.
Закутавшись плотнее в тяжёлый плащ, обитый мягким мехом по капюшону, я протянула озябшую руку к чашке дымящегося чая. Поспешный глоток отдался жжением на кончике языка, заставив недовольно поморщиться, но не прекратить своего занятия. Взгляд невольно скользнул в сторону владыки, вот кому действительно хорошо.
— Мне на вас смотреть холодно, — хмуро произнесла, втянув голову в плечи, когда ветер начал дуть с новой силой. Ваалберит лениво повёл бровью, окинув меня насмешливым взглядом, неспешно протянув: