Я поднялся и прошёл дальше на кухню. Там меня встретил ещё один алкаш, то есть нарик, то есть друг Лука. И имя под стать нарику, мать его прям, чувствовала, что родится недоумок, когда называла.
— Доброго братишка, — поднял он бокал с готовым кофе, — хорошо вчера оттянулись.
— Как и обычно. У нас по-другому и быть не может, — я отобрал у него бокал и сделал глоток, предусмотрительно с противоположной стороны. — Почему Лара валяется, последи моей гостиной?
— Валяется, — фыркнул Лука, — как грубо Дёма. Она культурно отдыхает.
— Она культурно нажралась, заблевала мне толчок, а теперь ещё и трупом лежит, протирая пол. Хотя на последнее я не жалуюсь, могла бы и помыть. Она же леди.
— Фу, — изобразил разочарование во мне Лука, — какие старые нравы. Дамочки давно существуют не только для уборки территории самца.
— Фу, — настала моя очередь кривить лицо, — мы не животные друг.
— Но инстинкт размножаться у нас никуда не делся и является чуть ли не первостепенным, — заржал олух.
Обожаю наши утренние «интеллектуальные» беседы с Лукой. Он после отходников кажется таким философом, можно болтать с ним до тех пор, пока он не захочет съесть колесо.
— Мальчики об меня кто-то споткнулся, — потирая затылок, притопала к нам заспанная Лара. — Признавайтесь, кому я помешала?
Я закинул ногу на ногу и уставился на подругу. Интересно как быстро до неё дойдёт?
— Дёма ты с кем подрался? — прикрыла она ротик ладошками, — твоя бровь рассечена.
Рефлекторно я приложил пальцы в ране на правой брови. На них остался след крови, совсем немного, но меня стало мутить. Спросите, как я устраиваю драки при том, что боюсь бордовой жидкости? Ответ прост: я бью морду противнику, у него начинает подтекать, и я падаю в обморок. Просыпаюсь уже утром, когда ни хрена не помню. Вот такой я чудаковатый собутыльник. На деле в последнее время я дерусь очень редко. Этим любил промышлять лет так до семнадцати, весёлое было время. Мать меня замучилась катать по травм пунктам.
— Вот же дерьмо, — я стал мотать головой, чтобы не свалиться.
— Лара ты что спятила? Забыла, как наш малыш реагирует на кровушку? Сейчас братишка, я воды налью, а ты руку ему протри, на столе влажные салфетки лежат, — кивнул он на коробочку слева от меня.
Я бы и сам себе протер, но меня стало уносить в не бытье.
— Только не эти, — промямлил я, еле ворочая языком.
Вот блин…
— Может «скорую» ему вызвать? — сквозь туман послышался женский знакомый прокуренный голос Лары.
— Забей, скоро проклюнется, — успокоил её Лука.
Голова показалась охренеть какой тяжёлой, и я кое-как её поднял. Оказывается, я рухнул ею на стол. Пальцы были чисты, когда я осмотрел их, а бровь заклеена пластырем.
— О, очнулся наш красавец, как ты братишка? — от Луки тянуло запахам санины. Я отшатнулся. — Ты чего?
— Воняет, — помахал перед собой.
Лара разразилась смехом, выплюнув многострадальный кофе обратно в кружку. А Лука стал обнюхивать себя как собака. Дошло до того что идиот стал поднимать руки проверяя на запах подмышки.
— Ты только трусы не снимай дебил, — поднялся я на ноги и собирался отправиться в душ. От меня несло не лучше чем от друга. Отец точно задохнётся и помрёт, а он мне пока что нужен живым.
— Я не чокнутый чтобы нюхать себя там, — и он опустил взгляд на свою промежность.
Я застонал от тленности бытия. Какое ужасное утро. Я успел упасть и разбить бровь, упасть ещё раз, но теперь в обморок, теперь мне угрожало возможное снятия нижнего белья с Луки.
— Дёма скажем ему, что воняет айкос? — крикнула мне из кухни соединенной с гостиной Лара.
— Ага, скажем, — было ей коротким и невесёлым ответом.
Включив холодную воду, я стал смывать с себя вчерашний день. Что там было? Веселились ли мы? Танцевали? Может, нюхнули? Теперь вспомню когда-нибудь, когда не буду ждать этого, и скорее всего, испытаю чувство стыда. Обычно люди моются под струями теплой воды, извращуги вроде меня обожают ледяную. Так мозги быстрее становятся на место. Да и в принципе я с детства закалён, люблю так сказать испытывать себя, ну это и так понятно.
Обмотав низ полотенцем, (хотя моим друзьям глубоко насрать, они видели меня в ситуациях и похуже), я проследовал в свою засранную комнату. М-да, мама обещала нагрянуть в гости с проверкой на выходных, придётся вызвать клининг. Она, конечно, поймет, кто постарался, но мне пофиг. Сам я за это точно не возьмусь.