Глава 12
Застолье началось сразу же, как мы с отчимом вернулись. Я кивком поздоровался с отцом, потому что он сидел на противоположной стороне стола, и обходить его ради рукопожатия я поленился. А может просто падкий на бабки Демид, всё ещё обижался на папочку и стал чуть больше почитать щедрого отчима. Вот блин, сам себя отчитал, придурок.
Вадим посадил меня по одну от него сторону, а Юлиану по вторую. Я и раньше замечал, что между отцом и отчимом происходит молчаливое соревнование, но никогда не вмешивался. Пусть старики забавляются, я не при делах.
— Пришёл мой мальчик, — подбежала ко мне мама, и поцеловала в щёку против воли. Её сверх опека меня иногда пугает. — Я стала переживать, что ты оставишь нас без своего внимания. Обожаю тебя сыночек.
— Мам у нас же гости, боже отпусти меня, — легонько я оттолкнул мать, потому что если это представление продолжится, она меня задушит.
— Какой грубиян, ну ничего мамочка тебя прощает, — взлохматила она мне пятернёй и без того рассыпчатые волосы.
— Ты пригласила меня, чтобы опозорить? Если нет, давай уже поедим, а то мне в последнюю неделю пришлось питаться объедками в столовке, — бросил я камень в огород родителей. Отчим подбадривающе похлопал меня по плечу, мол, не парься Демид, я с тобой.
Мама села рядом с Юлианой, и стала предлагать всем свои салатики и мясные закуски.
— Работа пойдёт тебе на пользу сынок, — поддержал мать отец, — ты стал выглядеть свежее, чем раньше. Как огурчик.
О, папа сейчас тебе бы ротик-то на замочек прикрыть. Я могу и сболтнуть лишнего.
Надя сидела прямо напротив меня и жевала лист салата, прям как коза на пастбище, и я не смог не состроить насмешливое лицо. Может я и предвзят к людям, с села женившим на себе богачей, но тут уж за нас работают стереотипы. Оправдался.
— Ты слишком поспешно устроил ему голодовку Саш, надо было подойти к решению вопроса о работе более деликатно. Интересно кто из вас придумал этот дикий план? — посмотрел сначала на моего отца, а потом и на мать Вадим.
— Это семейный дела, тебе лучше не вмешиваться, — поторопился осадить его папа. — У тебя есть прекрасная дочка, за ней и следи.
Юлиана недовольно покосилась на отца, видимо не желая, чтобы её точно так же как и меня отправляли в рабство. Вадим собирался ответить, но ему не позволила мама:
— Мальчики не ссорьтесь, мы все здесь одна большая и дружная семья, нам не следует разводить бессмысленные дебаты.
И вроде как накал страстей поутих. Но продлилось спокойствие недолго. На самом деле в перерыве между напряжёнными моментами мы либо молча ели, либо родители обсуждали рабочие вопросы. Я, Юлиана и Надя помалкивали. Если насчёт нас с сестрой более-менее понятно, мы типа тут дети и всё такое, то почему молчала наша взрослая селяночка, я не понял. Надо расшатать эту тухлую вечеринку.
— Давайте выпьем за успехи нашей семьи, — подняла бокал с красным вином мама, — и за то что мой мальчик, наконец вырос.
Начинается, опять стрелки переключились на меня. Надо уходить от обстрела.
— Выпьем, — согласился я и поднял стакан с соком. При родителях я скромняга не пьющий и не глотающий сомнительные вещества.
Все радостные поддержали меня и маму. Сок глушили, как и всегда я, Юля и змея. Промочив горло, я подумал, что настал мой звездный час. Внесём смуту в идиллию. Раз все такие правильные я буду играть свою роль, роль неправильного. Кому-то же надо быть злодеем, и почему бы не мне? Всегда в мультиках и фильмах болел за тёмную сторону, их позиция мне казалась понятнее. «Хорошие» по идее никакие не хорошие, они претворяются, чтобы всадить нож в спину. Плохие не лгут, ну не все.
— Надя, а почему ты не пьёшь вино? Не нравится? Мама сама его делала. Поверь, будь я вне семейного круга осушил бы бутылочку другую, — снова сделал я глоток сока, смакуя его как изысканное пойло.
Мама хихикнула в кулачок, отчим тоже улыбнулся, Юля подмигнула ей (сестрица точно что-то подозревает), Надя и отец напряглись. Ну, поехали! Посмотрим, чем будет крыть. Похоже, моя мачеха упаси боже, и папа не желают, чтобы кто-то знал об их «счастье».