— Ванька! Ванька! Чертова оглобля, ЖИВОЙ!!!
Ну тут и меня накрыло. Ноги предательски ослабли и я просто плюхнулся задницей на пол, потом повесив голову зарыдал. И с этими слезами уходили мои детские ожидания, а самое главное, тот момент когда я серьезно и по взрослому осознал что ВСЕ, родители умерли. Не сразу, ох не сразу ко мне пришло такое «знание» (век бы его не знать). Но примерно года полтора после похорон я каждый день ждал родителей. Ну не приспособлена голова и мышление ребенка к понимаю и осознанию смерти. А вот потом когда мне исполнилось двенадцать, вот там меня и накрыло. Помню я, помню. И как давился слезами под одеялом и красочные сны, в которых родители просто жили, занимались своими делами, И НЕ ВИДЕЛИ МЕНЯ!!! Я в каждом таком сне кричал и бился пытаясь до них докричаться или как то обратить внимание. И каждый раз они меня не видели и не слышали. Ну вот так вот. В общем как то пронесло нас всех. Ни инфарктов, ни инсультов, но по нервам конечно дало. Ох как дало.
Через часа полтора мы и родители сидели за столом и бабуля каким то сухим и монотонным голосом вводила родителей в курс дела. Батя только хмыкал когда услыхал про богиню которая способствовала его воскрешению. Ну понятно, что ни мать ни отец ни одному слову не поверили. И пришло время предъявлять доказательства. Я этот момент немного продумал и поэтому в домик в авральном режиме затянули оптику, и с интернетом проблем не было, ну и плюс телевизор, и плюс всякие гаджеты. Да даже обычный смартфон вызвал сначала ступор а потом искреннее восхищение отца. Ну так. Я взял и просто позвонил деду который сидел напротив меня. Поговорили. Отец даже во двор выходил с моим телефоном. А потом пришло время телевизора и под конец этой длинной ночи я подключил к сети два ноутбука. Затем я долго обучал и мать и отца как водить пальцем по тачпаду и что такое браузер с поисковыми системами.
Мать. Да. Матушка, эхе хе. К сожалению она так и не восприняла меня как сына. Возможно это какая то чисто женская реакция или что то еще, не знаю. Но уже потом, где то через полгода я с ней долго разговаривал. Она мне сказала просто. Гриш я верю что ты мой сын, но я не понимаю и не чувствую этого. Извини. Вот так вот. Относилась она ко мне как к племяннику или близкому родственнику, но того тепла которое я чувствовал в детстве я от нее так и не получил. Да ладно. Это не самая высокая плата за то что все таки эти самые родные люди вернулись и живут рядом. И ключевое слово ЖИВУТ. А в ту ночь и следующий день мы все таки убедили родителей в том что боги это серьезно. Помогли как ни странно две бумажки и несколько фотографий. Свидетельства о смерти. Это я подсуетился. Хоть и дубликаты, но с печатями. А фотографии это понятно дело могила с памятником и фотографиями на нем. Но все заканчивается и эти безумные сутки тоже закончились. Все перенасыщенные информацией и впечатлениями разошлись спать около шести вечера. Я же просто сбежал. Вот не знаю почему, возможно я уже тогда почувствовал какое то отторжение меня, не знаю, но я сел в машину и уехал. Мобильная реанимация укатила еще под утро, так что я ехал к мамзель и чувствовал одно. Гордость за хорошо выполненную работу. И ВСЕ. Представляете и это все! Как будто стенку отштукатурил, ровно так и красиво. Хрен знает короче, бред конечно полный, но такая вот она психика человека.