— Мой любимый брат, — ее голос был низким, мелодичным и полным язвительного удовольствия. — Твое шествие по катакомбам было слышно аж отсюда. Заставил ли ты нашу уважаемую родню кричать от бессильной злобы? — с любопытством наклонила голову она.
Сестра многому научила меня, она была единственной во всем мире, для кого я не был ублюдком рода Бальтазар. Она была старше и еще помнила нашу мать, которая скончалась при родах, оставив нас одних. Ее дух не остался в фамильном поместье, уйдя в мир иной. В фамильном особняке, который больше походил на замок, оставались лишь те, кто не хотел уходить, кто страшился смерти.
Кивнув с улыбкой сестре, я подошел к столу и с размаху рухнул на стул напротив нее, откинувшись на спинку.
— Ты же не представляешь, как они все кричали! — самодовольно произношу, с наслаждением вспоминая, как меня проклинала родня.
Они действительно меня любили, просто не хотели из вредности это признавать. Тем временем Константин беззвучно подошел ко мне и поставил на стол передо мной тарелку. На ней лежало что-то темное, поджаренное и источающее дымок. Пахло… на удивление беконом, а не очередным монстром, которого выловила и освежевала сестра.
— Прабабушка Агата пыталась меня удушить тенями, а прадед Казимир утопить, — продолжаю хвастаться, с наслаждением отправив в рот первый кусок бекона. — Ммммм, — с наслаждением замолкаю, ощущая на языке просто восхитительный кусок мяса.
Генриетта приподняла свою изящную бровь, пригубила из бокала. На ее губах остался соблазнительный алый след…
— Казимир всегда был бестактным грубияном. Топить свою жертву? Это так безвкусно, — проведя языком по губам. — Смерть — это всегда процесс немного интимный… — пылко посмотрев на меня, отчего мое сердце быстро забилось. — Это нужно делать с чувством, с расстановкой, чтобы человек успел осознать всю глубину своего поражения. А не просто обрушить на него стену воды в узком коридоре… — пренебрежительно закончила она.
Кивнув сестре, я с энтузиазмом принялся за еду. Еда в нашем доме всегда была… своеобразной. Но на удивление вкусной, конечно, если не задумываться о происхождении ингредиентов. Так уж вышло, что перенеся наш особняк на Луну мы стали немного оторваны от социума. Чтобы вернуться на планету нужно пройти по дороге Теней, а это крайне опасное занятие даже для мага из рода Бальтазар. Теневой мир действительно опасен…
Ход моих мыслей прервал голос сестры:
— А основатель? — спросила она, с интересом изучая меня. — Генрих? Он тоже участвовал в твоем утреннем приеме? — с вопросом приподняв бровь.
— Ефе как! — с набитым ртом отвечаю. — Пфименил пофиф меня кафу…
— И как ты защитился? — в ее глазах вспыхнул любопытный огонек.
— Никак, — проглотив кусок бекона. — Я показал ему свои чувства, и он назвал меня самым беспощадным из Бальтазар… — немного смущенно посмотрев на сестру: — Но это ведь не так? — с небольшим беспокойством уточняю.
Генриетта звонко рассмеялась. Ее смех был самым светлым звуком в этом мрачном замке. После чего она поднялась со своего места, пройдя вдоль стола, кончиками пальцев касаясь стульев, она нависла надо мной, после чего крепко обняла.
— Мой любимый брат, — проведя по моим волосам, отчего несколько темных перстней на ее пальцах сверкнули в свете канделябров. — Чтобы не думали о тебе остальные, но ты истинный Бальтазар, никогда не забывай об этом, как и то, что мы ВСЕ тебя любим, каким бы образом не проявлялась наша любовь…
Ощущая тепло от сестры, по какой-то причине я покраснел.
— Ты настоящая ведьма, — произношу немного смущенно, отворачиваясь, чтобы не видеть ее огромные зеленые глаза, которые находились так близко.
— О, я знаю, — хмыкнула она, проведя пальцами по моим волосам. — Совсем скоро ты сможешь применять свои силы и за пределами фамильного поместья, ты уже готов укрепить связь со своим источником и отправиться бродить по теневым тропам. Мой маленький брат, ты так быстро повзрослел. А я еще помню ту кроху, которая в детской кроватке удушила змею, которую послал к тебе основатель… Твое первое убийство к слову ты совершил раньше, чем заговорил, — с этими словами подув мне в ухо, отчего я рассмеялся.