Я увидел, как Сонми на задней парте тихо вздрогнула от моих слов. Соён смотрела на меня с новым, незнакомым выражением, уже не ненавистью, а жгучим любопытством. Им всем хотелось услышать для чего же МНЕ нужна магия, и я не стал разочаровывать их:
— Мой личный мотив в изучении магии на самом деле довольно банален, — сказал я, возвращаясь к своему столу. — Мне нужна сила, чтобы… — позволив впервые за все время, проведенное в классе, мягко улыбнуться: — чтобы донести свою любовь до человека, который мне крайне дорог.
Не став больше ничего пояснять:
— Сегодня мы начнём с самого простого. С умения почувствовать магию не как заклинание в книге, а как продолжение собственной воли. С этим мне поможет Сонми, она покажет вам на наглядном примере, как этого можно добиться. Я же, — не скрывая усмешки, — пойду поймаю реквизит для следующего нашего занятия. Вам его лучше не пропускать, обещаю, будет весело.
Придав своему лицу серьезный вид, я двинулся на выход, кивнув Сонми, чтобы она заняла мое место. Лишь закрыв за собой дверь, я неуверенно произнес:
— Кажется, я неплохо справился? — неуверенный до конца.
Тем временем в классе какое-то время было тихо. Никто, казалось, даже не пошевелился. В классе стояла полная тишина, которую прервала Сонми, решительно покашляв в кулак, заняв место учителя. Именно в этот момент раздался отчетливый шепот:
— Да кто он вообще такой? — шокированно спросила одна из учениц.
После чего все будто очнулись ото сна, став активно обсуждать увиденное. О Бальтазар в классе знали только двое: Сонми и Эльза, но обе предпочли промолчать…
Глава 18
Глава восемнадцатая. Мы не ангелы парень.
Ветер гнал по асфальту обёртку от какой-то сладости, и этот шорох был единственным звуком, нарушавшим звенящую тишину. Город, всегда шумный и беспокойный, будто вымер. Фонари горели ровным неестественным светом, но их свет не прогонял мрак, а лишь отбрасывал густые, чёрные тени, которые казались еще более опасными.
Старик в потрёпанном тёмном плаще бежал, спотыкаясь о собственные стоптанные башмаки. Его прерывистое, хриплое дыхание разрывало тишину. Тёмные, давно немытые волосы с обильной сединой липли ко лбу. Морщинистое, дряблое лицо было искажено животным ужасом. На его шее, поверх грязной водолазки, болталась странная безделушка: красная фишка от покера, которую он носил как талисман на удачу, но сейчас удача явно отвернулась от него.
— Да куда они все пропали? — стараясь унять нервную дрожь, прошипел он, озираясь по сторонам.
Его руки подрагивали от напряжения. Он уже пробежал мимо полицейского участка, входная дверь была распахнута настежь, но внутри никого не оказалось. Ни дежурных, ни задержанных. Полная пустота. Тогда в его голове созрел план, рождённый отчаянием и старой привычкой. Если все люди пропали, то никто не помешает ему взять то, что ему сейчас так отчаянно необходимо. Мысль о спиртном на мгновение пересилила страх. Он уже не бежал, а крался, прижимаясь к стенам и постоянно оглядываясь.
Двери круглосуточного супермаркета тоже были открыты. Внутри царил хаос, а полки были пусты. Будто сюда ворвалась толпа мародёров оставив после себя лишь пыль. Старик, морщась, пробирался между стеллажами, и с каждой секундой ощущение нереальности происходящего сдавливало горло все сильней. И тут он увидел её. На полке, где когда-то красовались дорогие виски, одиноко стояла бутылка дешёвого корейского самогона: соджу марки «Чхонха». Она блестела под светом ламп, как единственный маячок в этом пустом городе.
Старик с ненавистью посмотрел на бутылку, словно та была виновата во всём, что происходит. Но рука сама потянулась и схватила её. Буквально выбежав из пустого супермаркета, зайдя в ближайшую подворотню, он с облегчением рухнул на землю у мусорного контейнера.
Отвинтил крышку дрожащими пальцами:
— Как же я низко пал, — с горечью произнёс он, сделав глубокий глоток обжигающей горло жидкости.
Он не видел, как тень за его спиной, отброшенная контейнером, сгустилась и пошевелилась. Он не чувствовал, как из мрака к нему потянулись чёрные, похожие на щупальца отростки. Они бесшумно оплели его ноги, талию, поползли к горлу. Осознание пришло, только когда его уже наполовину втянуло в холодную, вязкую пустоту. Пол под ним исчез, сменившись леденящим душу небытием.
Старик отчаянно закричал, пытаясь вырваться, но тень тянула его с нечеловеческой силой. Его крик затерялся в тишине опустевшего города. Спустя пару секунд из тёмного пятна на асфальте торчала лишь одна его рука, пальцы царапали бетон, пытаясь найти точку опоры. Казалось, что история старика и закончится вот так, но в этот миг с неба спикировала тень.