Он был упакован в льготы и деньги, так, как в России иногда упаковывают виолончелистов и даже более того. Его жизнь реально удалась, чего не скажешь о вакцине против Сирийской Черной лихорадки. Её просто не было, вакцины, а не лихорадки. Риккетсии этого вида чувствовали яд для себя за 10 километров и моментально мутировали, оставаясь на деле такой-же гадостью, чем и были до того, как. Нет, он работал как заведённый, а строгал детей, как кролик, но вакцины не было. Он мотался со мной в будущее по всей Земле. Брал миллионы образцов от погибших бедолаг, заставляя меня всякий раз покрываться потом из-за страха, что эти риккетсии выползут из-под его контроля досрочно в мир людей. Общей вакцины не было. Он, надеюсь, что только пока, мог синтезировать вакцину только для одного, конкретного человека, если брали образцы его трупа в будущем и делали на их основе вакцину от заболевания для самого подопытного. Действие вакцины было не долгим и имело ряд побочных эффектов, одним из которых была частая метаморфоза, привитого в олигофрена в стадии полной идиотии через шесть часов после прививки.
Определённый прогресс наметился только тогда, когда я скрестил академический разум Михаила с машинными инстинктами робота — врача из запасной станции Перуна. Теперь они могли месяцами общаться на темы медицины сидя в больничной конуре запасного командного пункта Перуна. Результатом таких долгих общений, как правило, становился очередной его сын или дочка вне зависимости от того приживал ли он оных в своей прочной семье или на стороне в редкие дни его отдыха. Он победил наконец вирус иммунодефицита человека, лихорадку Эбола и рак груди. Но вакцины пока не было.
У него давно уже был целый исследовательский институт вирусов и риккетсий имени Патриса Лумумбы, парадный портрет которого висел в холле института, так было толерантнее и в духе любви к видимым меньшинствам. На заказы этого института работало ещё более сорока частных лабораторий по всему миру. Главной победы не было, но она перманентно ожидалась со дня на день. Пока же институт выдавал на-гора, и снабжал действующую армию солдат Канады и США по всему миру, а попутно и все наши структуры разными универсальными вакцинами, кровезаменителями, противошоковыми препаратами и препаратами против амёбной дизентерии, не считая омолаживающих на пару десятков лет сессий для дам и выводящих из запоев таблеток для мужчин кризисного возраста средних лет.
Нет! Душевными болезнями он не занимался, как и психозомбированьем или открытием чакр среднего глаза ниже спины, хотя такое направление и было насущно необходимо с ростом пандемии психических отклонений человеческого бытия с конца семидесятых годов прошлого века и до эры продвинутых пользователей смартфонов настоящего времени. Со статистикой таких отклонений и выправлением сознания в русле руководящих установок мировых лидеров вполне справлялись мировые СМИ, телевиденье и Интернет. Достаточно посмотреть полчаса любую программу телевиденья, и вы полностью со мной согласитесь. Не следовало нам расходовать ресурс быстротекущего времени на подобные опыты.
В системе развития вооружений мы прикладывали свои силы только в плане освоения предлагаемой нам Хранителями техники, прошедшей многократные испытания как на Земле, так и в межзвёздных битвах Творцов — цивилизаторов. Для этой цели на севере Канады, в провинции Северо-Западные Территории, в центре острова Брок, недалеко от магнитного Северного полюса Земли, под горой, на небольшом клочке более-менее тёплой долинки мы оборудовали небольшой полигон. Именно там, в закрытой от всех глаз долине, мы шмаляли из всех видов бластеров и плазмомётв как хотели и сколько хотели. Правда было немного холодновато, но увлечение и развлечения требуют жертв.
Мне очень хотелось хоть разок выстрелить из «котелка» среднего размера, но боясь жестоко поранить старушку Землю я запрещал себе это делать. Но повинуясь страстному хотению и прощая себе возможный ущерб экологии я всё же затеял смотрины адского оружия. Я понял, что испытывал Хрущев перед сбросом с самолёта своей царь бомбы на Новой Земле. Муки совести и страстное хотение Армагеддона вселилось в меня и кидало в пучину порока разрушения со всего размаха искушения. При этом я избрал целью наше ночное светило — Луну. Она была не далеко и не имела городов с населением более миллиона человек. Но она висела над головой у всех. Пришлось немного усложнить задачу и перенести мишень на бочок Луны, чтоб и видеть всё и чтоб незаметненько так. При этом мы разослали всем обсерваториям, жесткий приказ, запрещающий наблюдения за небом на неделю от имени и по поручению ЦРУ и лично Президента США.