Я не боялся катастрофы века моей «Звездочки» и какого-нибудь ничтожного парома, ведь в свое основное время я вернусь через пару минут. Передо мной стояла более важная задача отыскать момент гибели трех барж и буксира недоделка.
Подлетел я к Сааремаа тридцатого августа сорок пятого года в шесть часов вечера. Крушения пока не было и караван барж ещё не лежал на грунте пролива. Зависнув в 100 метрах от поверхности воды, я стал осматривать место. Не далеко на берегу стояла халупа местного крестьянина. Вид у неё был примерно, как у хижины дяди Тома, описанной пером незабвенной воительницы за права черного населения Америки Гарриет Бичер-Стоу два столетия тому назад, или как современный бомжатник. Это был домик Георга Сеппа. Кроме него, спящего и храпевшего в яме рядом с колдобиной наполненной дерьмом, здесь никого не было.
Я перенесся на две недели в сентябрь. Тут уже лежали погибшие баржи на дне и буксир с трупом. Я отлетел назад на неделю, барж не было. Такой раскачкой во времени я добился того, что стал свидетелем гибели буксира. Несколько раз посмотрев все этапы эпохального морского боя я понял, что спасти Банщика можно только в момент, когда он, выброшенный в воду и оглушенный взрывом буксира, ещё только пытается себя спасти в лучших традициях всех утопающих.
Самое простое, было бы просто грохнуть Георга Сеппа, но правильные герои всегда идут в обход. Под запретом то действие было, видимо ещё не всех нормальных людей убил засранец Сепп, видимо ещё для чего-то нужен окаянному времени. Ну мы люди не гордые, не то, что разбитные парни с Сааремаа, мы подождём.
Конечно, при эвакуации Банщика с поля морской битвы, пришлось время немного замедлить. Ну не успевал я реагировать правильно и верно под оглушительные спецэффекты гибели славного буксира «Тор», зато они освещали всё, когда я забрал в скафандр Славку. Он, конечно, как и я раньше, упал в обморок часа на три, впитывая информацию Богов, но это было мне только на руку. Зависнув на высоте полутора метров над седой равниной моря, я выкинул в нижний люк скафандра заботливо приготовленный шторм трап.
Скорее всего, мой навороченный кабриолет имел для таких десантов свое навороченное приспособление, не спорю, только я в ворохе инструкций для НЛО в моей голове так нужную мне и не нашел. Было как кофе варить, как оладьи пожарить, даже как черную икру синтезировать, а про трап ни словечка. Что это я о продуктах калорийного питания запел? Видимо молодое и здоровое тело просит кушать. Потерпит немного.
Взял я в обнимку манекен в платьице эксклюзивном из будущего да сиганул в пучину, и оная приняла меня холодом могильным. Что будет так холодно я даже не подумал. Но так, постепенно, адаптировался ко внешним условиям. Только вот плыть к железным ящикам секретного груза в жилетах по застывшим волнам было не очень обычно, но приятнее, чем бороться со штормовыми волнами и ветром это уж точно. Даже как-то забавно. Вверх по волне работаешь руками и ногами вовсю, да ещё и толкаешь манекен, а с волны, словно на саночках с горки едешь. Долго ли, коротко ли по растянутому моменту времени я добирался до ящиков Аненербе-Дёница, а добрался. Привязал я рученьки манекена к ручкам ящиков, да столкнул груз с манекеном из обвязки спасательной. Даже пулю, подлетающую ко лбу манекена, видел, застыла она как оса в полёте на фотке.
Обратный путь был гораздо быстрее и приятнее, так всегда бывает, когда возвращаешься со свидания. Манекен манекеном, а красивый был, вечная ему память в волнах. Как уж я поднимался по штормтрапу даже заикаться не буду, всем понятно и так, что тяжело. Вскарабкался в кабину скафандра, перевёл дыхание, забрал шторм трап, закрыл все отверстия и, погрузившись в пучину вторично, но уже в скафандре, вернул нормальное течение времени. Очень забавно было наблюдать как тонет манекен вместе с ящиками, с пулевой дыркой во лбу, пускающей пузыри, но делать все равно было нечего. Надо было выдержать время. Через полчаса мы, с моим новым соратником, который ещё не очнулся, вылетели из-под воды и понеслись в сторону моей «Тяхти». Пока были на дне Балтики, я там в рубке «Тора» два вещмешка притырил между делом, видимо Банщика имущество, не иначе.
Пора и в наше время возвращаться. На палубу моего авианосца я приземлился в режиме полного камуфляжа. Дезактивировал скафандр и упал в радостные объятья Цыганка и Джасика. Уложили мы нашего спасённого в его каюту, оставили у его одра Чёрную Смерть в виде Цыгана, а сами с Джасиком поднялись в рубку. Здесь все было путем. Авторулевой стойко рулил и кораблик как-то двигался ко Гданьскому заливу и городу Гдыня на его берегу.