— Давай, шевелись! Я-то в порядке!.. Бодрее! Резвее! Тебя что, плеткой подгонять? Шевели задницей!
Вот так я с ним, теперь я его взбадриваю… Начать с того, что на каждой странице, на каждом рисунке — везде изображены бичи, стрекала, зубья. На целый полк хватит!.. Это так, к слову пришлось… Веговские розги, плети всех цветов, о чем я ему и напоминаю. Он весь в мыле, хрипит, задыхается, но не сдается! Крепок же… старый хрен! Только он запросит пощады! Он у меня запоет на финише!
Теперь я знаю музыку, все эти так, тик, ток! Исполняю чисто: перебивчивое стрекотание кузнечиков, рябящая россыпь. Но и ему охота подкузьмить, добавить мне хлопот. Ему подавай теперь работу языком… Изощряется! Ему подавай, чтобы на каждом контрапункте в глотке булькало… Это, видите ли, нравится Духам пляса, приводит-де их в веселое настроение души. Они просто, понимаешь, млеют!.. В общем, лишняя забота.
— Ладно, ладно, не возражаю!.. — В основном это я от него уставал, он брал верх, за ним оставалось последнее слово. В следующий раз скажусь больным — пусть будит полковника, чтобы он трещал ему палочками. Вот о чем я подумывал… Уж эта мне пляска живота и горловые бульканья…
— Гляди, Фердинанд, прямо искры из-под копыт!
Он хочет и меня раскачать, зажечь ритмом. Таких вихревых вращений я у него еще не видывал. Такая стремительность, что он просто исчезал из вида. Вжик, и взлетел в воздух! Он находился в своей стихии: смерч нагишом. Да, я был обречен оставаться игрушкой в его руках. Извольте видеть, Терпсихора собственной персоной! Полный отпад!.. Король трансцендентальных плясок!
Я измочален, зеваю. Он поносит меня:
— Значит, на попятный? Бросаешь? Сударь избавляется от обузы! Господин — горлопан и бабник! Работать-то охотников нет! Ну, порхай! Вам же все одному достанется — и девчонка, и жратва! У вас будет все, что я предрекаю, а ваш благодетель сдохнет! Этот обалдуй Состен больше не будет путаться у вас в ногах! Будете иметь окорока… и ни с кем не придется делиться!..
Так это он, благодетель! Курам на смех! Мы усомнимся, гарпия зловредная, дергунчик паршивый!
Пришлось начинать все сызнова. Но, в конечном счете, с колдовскими чарами, с этой пляской Гоа ничего не получилось. Он хрустел своими старыми костями, обливался потом, дышал как загнанный конь, трясся, точно припадочный… а толку никакого. Чарами и не пахло! Он просто бесился, готов был кусаться. Полный провал, но он уперся — и все тут!
— Погоди, взгляну!
Снова схватил книгу. Я зеваю… Бьет четыре часа. У него новое, которое уже по счету озарение!
— Послушай, мне нужен ритм 27, ритм Панды Вулии! Это нечто! Храм Коростен! Ну, представляешь? Я приближаюсь из дальнего конца… Голова у меня вымазана сажей, черная! Ты меня не сразу узнаешь! Стуком по меди изображаешь испуг! Жуткий испуг! Колотишь как сумасшедший! Страх безумный! Буря ужаса!.. Я иду к тебе, намереваясь задушить тебя, а ты меня целуешь, хлопаешь в ладони от радости — я исполнил твое желание, ты добивался этого целый год! Я намереваюсь оглушить тебя!.. Но ты-то, понятное дело, премного доволен! Ты-то воображаешь, что я согласен, что я исполнил твою просьбу! Комедия! Пошел-ка ты в задницу, раздолбай! Смотри! Тычет в книгу.
— Рисунок 27. Видишь позы, мимику, пластику, плутовские проделки?.. Погляди хорошенько! Видишь? Я не нуждаюсь в твоей жертве, презираю твою плоть! Ты мне не нужен! Не желаю твоего запаха! Твоя душа мне тоже без надобности! Видишь, как я гнушаюсь тобой?
На рисунке 27 все так и было, замечательно было видно.
— Вот когда начинается великолепие! Ты извиваешься… из кожи вон лезешь… ты хочешь втянуть меня! Тебе хочется, чтобы я любой ценой принял тебя! Я — Дух храма Коростен! Мне не нужно твое тело, я желаю лишь твоего блага — в этом-то и заключен смысл пантомимы! Я пляшу вокруг твоего тела, завораживаю тебя… но ты нечист для меня! Двенадцать вращений слева направо, в направлении движения луны. Крутись-вертись до туалетного столика. Словом, полный оборот вокруг, так сказать, храма. Ты плачешь оттого, что я не хочу принести тебя в жертву. Ты катаешься по полу, умоляешь, подставляешь мне шею… вот так!
Показывает.
— Чтобы вызвать во мне чувство ревности, ты призываешь себе на выручку беса-птицу Уандора и аккомпанируешь мне на шесть тактов. Главное, музыка! Начинаешь вилкой — тук, тук, тик!.. Потом ложкой — так, так, так! Затем три бульканья — будь, будь, будь! Действуй! Начинаешь резко, затем становишься вкрадчив в расчете на Уандора. Уандор появляется с другой стороны, но ты к этому не готов, для тебя это неожиданность…