— Руки за спину, — скомандовал я, оказавшись возле милиционера. Тот поспешно выполнил команду.
Вытащив из кармана куртки узкий ремешок от конской узды, захваченный из запасников Викинга, я перехватил им жирные запястья старшины, завязав накрепко узлом немецких десантников. Профессионалы знают, что этот узел изобрели гитлеровские парашютисты, штурмовавшие остров Крит. Он до сих пор не утратил своей надежности.
Затолкнув старшину на переднее сиденье «Волги», я прошипел сквозь зубы:
— Пикнешь — убью, — и для достоверности ткнул стволом в толстый живот.
Без одной минуты семь, перемахнув через багажник, я опрометью бросился к подъезду. Едва достиг его, как дверь распахнулась, прикрыв меня от взора выходящего. Шаг в сторону — и я скрылся за подъездной перегородкой, оставив на виду Картунова, сжимающего пистолет.
— Ба, какие люди, — раздался веселый возглас. — Вадим Григорьевич, решили вернуться в родные пенаты?
Выглянув из-за перегородки, я увидел могучую фигуру в выглаженной милицейской шинели. Говорящий стоял ко мне спиной, встреча с Картуновым была для него неожиданностью, и этим следовало воспользоваться. Шаг вперед — и ствол «стечкина» уперся полковнику между лопаток.
— Спокойно, господин полковник, — как можно почтительней произнес я и тут же добавил: — Хочу предупредить вас сразу: спарринга не будет, нет времени. Если вы дернитесь, я выстрелю, просто нет другого выхода. Что я не задумаюсь нажать на курок, полагаю, вы не сомневаетесь.
— Что мне делать? — спросил полковник Хрохмин, в его голосе мгновенно пропали насмешливые нотки. Он как настоящий профессионал прекрасно осознавал опасность.
— Руки за спину, — скомандовал я и тут же извлек еще один кожаный ремешок, который затянул на запястьях полковника.
Теперь можно было обыскать его.
— Вадим Григорьевич, подгоните машину, — сказал я Картунову, шаря левой рукой по карманам полковника.
Вице-мэр опрометью бросился к гаишной машине, а Хрохмин прыснул, глядя ему вслед.
— И стоит ради такого рисковать жизнью? — спросил он.
Я продолжал обыск. Мои пальцы коснулись чего-то твердого и очень знакомой формы. Я запустил руку под шинель потом под китель на левом бедре. В замшевой полукобуре оказался револьвер типа «наган». Эту модель ни с чем не спутаешь. Я извлек оружие на свет божий. Ровесник века свидетель и участник войн, революций, казней и репрессий, не растерявший за это время своих главных качеств точности и безотказности. На рукоятке поблескивала наградная табличка, на ней было выгравировано:
«Красному командиру Исмаилу Ваханову за храбрость, проявленную в боях с интервентами.
Реввоенсовет Северо-Кавказского фронта».
«Вот те и на. Не все чечены были бандитами», — подумал я, понимая, откуда у милицейского полковника такой раритет.
Во двор въехал милицейский «жигуль», за рулем сидел сосредоточенный Картунов.
— Прошу, господин полковник, — сказал я, открывая заднюю дверцу.
— На что вы рассчитываете, Кольцов? — высокомерно спросил Хрохмин.
— Садитесь, в машине поговорим, — еще раз предложил я полковнику по-хорошему. Хотя очень хотелось «зарядить» Менту в солнечное сплетение. Но не бить же связанного.
Хрохмин, видимо, почувствовал мое сокровенное желание и влез в машину. Я сел рядом, захлопнул дверцу, машина рванула со двора.
— Так на что вы рассчитываете, Кольцов?
Далась ему моя фамилия, ну ладно, хочет узнать — сейчас узнает.
— На вас, полковник, только на вас…
На гаишном посту все было по-прежнему, милиционеры сидели с заложенными за голову руками, Андрюха стоял в отдалении, держа автомат на изготовку. Только в литровой банке воды осталось на треть, электрический кипятильник уже не расплескивал кипяток, лишь сильно парил.
Когда подъехал «жигуленок», Акулов перевел дух, но с места не сдвинулся, продолжая держать милиционеров на прицеле.
— Все в порядке? — спросил я, заскочив в помещение.
— У меня да, а у вас? — в свою очередь, спросил Акулов.
— Да, отваливаем. — Подхватив валяющееся в углу оружие, я обратился к милиционерам: — Свои стволы подберете в ельнике, потом. А сейчас свяжитесь с дежурным по РОВД и сообщите, что нами захвачен полковник Хрохмин. Мы едем в направлении Екатеринбурга, если нас попытаются захваить, полковник будет убит. Все понятно?
Оба гаишника закивали головами, вот и отлично.
Выйдя на дорогу, я размахнулся и зашвырнул в ельник «АКСУ», следом полетел «ПМ», вращаясь, как бумеранг австралийского аборигена. По крайней мере, парням не примется отписываться за потерю табельного оружия, поищут и найдут. Зато стрелять вслед нам не будут.