— Но допустим, что пароль зашифрован. Что тогда?
— Если этот пароль находится в словаре, ты можешь извлечь его оттуда грубой силой. У меня есть описание системы шифровки данных и словарь из пятисот тысяч слов на дискете. Но скорее всего пароль не будет зашифрован. У швейцарцев есть маленькая слабость — они неряхи.
— Откуда ты это знаешь?
— У меня как-то был дружок из Швейцарии, когда я училась в интернате. Он был неряхой.
— Это статистически незначимо.
— Зато верно.
— О’кей. Предположим, что у меня есть пароль. Что мне делать теперь?
— Теперь ты готова с ними поиграть. Итак, ты звонишь в банк со своим модемом; в ответ на запрос ты вводишь «господин Такой-то»; ты посылаешь сигнал рассоединения; ты даешь возможность компьютеру якобы отзвонить обратно «господину Такому-то» на его машину; ты печатаешь пароль в ответ на запрос — и вот ты внутри. Теперь ты осматриваешься. Еще некоторое время займет выяснение того, какими программами пользуется этот банк. Тогда ты получишь доступ к файлам данных и узнаешь все, что хочешь. Но в этом ты сама разберешься в Женеве.
— Я не собираюсь лететь в Женеву.
— Ты конечно собираешься. Для тебя единственный выход — бежать как можно быстрее. Или ты хочешь, чтобы я еще раз рассказала, как тебя привяжут к столбу в Йемене?
— Перестань! — резко оборвала ее Лина. — Не надо шутить по поводу пыток. Это не смешно.
Некоторое время они ехали молча. Элен радовалась тому, что вырвалась из суеты уличного движения вдоль Южного берега на более просторные автострады. Она взглянула на подругу, которая уставилась в окно, крепко стиснув кулаки.
— Извини меня, — тихо сказала Элен.
— Все в порядке. Просто такие вещи для меня не шутка, вот и все.
Они приехали в Хитроу около часа дня. Элен нашла «Суисс-Эр» среди вывесок авиакомпаний и направила машину к терминалу.
— У них должно быть много рейсов в Женеву. Вылетай ближайшим. У тебя ведь есть английский паспорт? Предъявишь его на выходе. Там наверняка будет куча людей, стерегущих Лину Алвен, но они ведь все думают, что это разодетая арабская фифа, а не такая хиповая девица, как ты. Так что веселись и не нервничай.
Элен остановила машину у края тротуара, как можно ближе к пропускному пункту компании «Суисс-Эр». Она достала с заднего сиденья сумки и отдала их Лине.
— Здесь портативный компьютер. Модем встроен. В сумке дополнительный комплект батареек и несколько дискет с замечательными программами, а также принтер и проводка. И переходник для тамошних дурацких розеток. А сюда я сунула пару платьев и свитеров и всякую мелочь.
Лина взяла сумки и закинула каждую через плечо. Элен достала из своей сумочки бумажник.
— Вот моя карточка «Америкэн экспресс», — сказала она. — Ты можешь сделать вид, что ты — это я. Останавливайся в хороших гостиницах. Трать мои деньги. Когда я продам своих «Пришельцев-феминисток», я рассчитываю так разбогатеть, что для меня это будет капля в море. А раз ты собираешься помирать, то тебе в самый раз этой карточкой воспользоваться. У тебя паспорт с собой? — Лина кивнула. У нее была привычка иностранки — всегда иметь при себе выездные документы.
— Наличные у тебя есть?
— Да, немного. — Лина пересчитала банкноты у себя в бумажнике.
— Вот тебе сто фунтов, — сказала Элен. — Это все, что у меня есть. Вот моя кредитная карточка на телефон. А это — карточка для получения наличных. Персональный код — ноль-семь-два-один. Получи еще немного наличных в аэропорту. Когда прилетишь в Женеву — купи что-нибудь из одежды и зубную щетку.
— Я потом тебе верну.
— Конечно. А теперь иди, а то будет поздно. Позвони мне, когда доберешься.
— Я боюсь, Элен.
— Возьми себя в руки, девушка. Начинается самое оно!
Глава 27
Лина исчезла. Ни слова от нее, ни весточки о ее судьбе, ни даже следов того, что она вообще существовала, — если, конечно, не считать многочисленных отпечатков лап ее преследователей. Утром Хофман сидел в своем офисе, читал газеты и старался понять, мог ли он раньше предвидеть все это, если бы был чуточку умнее, и должен ли он был это предотвратить. Позже его посетил сотрудник Скотленд-Ярда, представившийся инспектором Уильямсом. Одет он был, по полицейским меркам, небрежно: твидовый пиджак, слегка распущенный галстук, верхняя пуговица рубашки расстегнута. Начав с формальных извинений за причиненное беспокойство, он спросил, знает ли Сэм Лину Алвен. Сэм сразу же ответил, что да, они хорошие знакомые. Он взял себе за правило никогда ничего не утаивать, особенно если это легко обнаружить.