— Я имею в виду, что ни на грош не верю в эти ваши россказни про поиски денег отца. Арабские девушки не приезжают в Женеву одни искать пропавшее папочкино состояние. Уж извините, неубедительно.
На лице Лины отразилось отчаяние. Она была абсолютно одинока. Бедный распутный рыцарь Фред — это все, что у нее было. Она бросила на него нежный и беспомощный взгляд.
— Я попала в неприятную историю, Фред. И мне нужна помощь.
Он прищурился, словно стараясь получше ее рассмотреть.
— Вы что, воровка?
— Нет. Разве я похожа на воровку?
Он еще раз внимательно посмотрел на нее и покачал головой. Это значило «нет».
— В какую же историю вы попали?
— Это касается денег.
— Понятное дело. Но чьих? Ваших или чьих-то еще?
— Чьих-то еще. Он думает, что я хочу украсть их, но я не собираюсь этого делать. Я только хочу узнать, где они лежат, чтобы защитить себя.
— Кому же принадлежат эти деньги?
— Никому. Раньше они принадлежали одному очень могущественному человеку, но теперь он умер.
Фред снова покачал головой.
— Откуда мне знать, что это не очередная порция брехни?
Лина взяла его руку и сжала в своей.
— Посмотрите на меня. Посмотрите мне в глаза. Вы видите страх?
— Да, — ответил он.
— По правде сказать, я напугана до смерти. Вы должны помочь мне. Больше у меня никого нет.
— Что же вы от меня хотите?
— Мне нужно знать, с кем в «ОШБ» я могу поговорить о нескольких номерных счетах. И мне нужно знать, как добраться до этого частного банка «М», или как он там. От этого может зависеть моя жизнь. Я знаю, что это звучит глупо и чересчур драматично, но это правда.
— Вы мне нравитесь, — мечтательно сказал Фред. — Вы очень хороши, даже если беспардонно врете.
— Спасибо. Но я не вру. Я действительно в опасности.
— Да-да. Я понимаю. Человек, с которым нужно поговорить в «ОШБ», — Пьер Маршан. Он исполнительный директор по операциям в Женеве. Это смешной маленький швейцарец. Очень скрытный, даже по местным меркам. Курирует все крупные счета арабов. Никогда ни с кем не разговаривает, но если вы назовете мое имя, он с вами поговорит. Зайдите к нему завтра в офис. Что касается частного банка, то это почти наверняка «Кредит Мерсье». Им руководит один человек — Морис Мерсье, и если уж он обещает «секрет», так это будет секрет. Хотите верьте, хотите нет, но его номер даже не внесен в телефонную книгу.
— А что насчет Маршана? Его можно застать дома сейчас, вечером? Мне хочется начать как можно скорее.
— Послушайте, это ведь Швейцария. Здесь не принято звонить людям среди ночи. Так дела не делают.
— Чепуха! Меня преследуют. Моя жизнь в опасности. У вас есть какие-нибудь деньги? Я хочу узнать номер Маршана в справочном и позвонить ему.
— И что вы ему скажете?
— Не знаю. Придумаю, когда узнаю номер.
— Вы с ума сошли, — сказал Фред, но все же с улыбкой дал Лине пять швейцарских франков и показал, где находится телефонная будка.
Узнать номер Маршана оказалось легко. Он жил на северной окраине города, на Рут де Ла-Капит. Собираясь набрать его номер, Лина думала, что́ ему сказать. То ли на нее подействовало выпитое вино, то ли дало себя знать ощущение свободы в новом месте, то ли в ней просто созрела решимость рискнуть, чтобы выжить, но в голову Лины пришла неожиданная идея: если ее конечная цель — пробраться в компьютер «ОШБ», то почему бы не попробовать сразу добыть то, что нужно, — пароль Маршана, — и не тратить время на все эти игры со скоростями передачи информации и обшариванием чужих файлов, как советовала Элен? Да, но как? Можно было биться об заклад, что Маршан, как и большинство начальников, не разбирался в компьютерах, и этим следовало воспользоваться. Помочь могло и то, что была уже ночь и он наверняка отдыхал дома. Лучше всего, если она найдет способ апеллировать к его чувству ответственности, хотя и собирается толкнуть его на совершенно безответственный поступок. Наверно, женщина благоразумная ни за что не решила бы эту задачу. Но Лина, поигрывая телефонной трубкой, быстро разработала гениально простую уловку, которая могла пройти именно сейчас, поздно ночью, когда Маршан тоже наверняка пропустил стаканчик. Ну, а не получится, подумала она, что ж, завтра придумаем что-нибудь еще. Когда он снял трубку, Лина заговорила на французском языке, за который ее всегда хвалили в школе.
— Прошу прощения, мсье Маршан. Это Доминик из банка, новая помощница менеджера системы. Я очень извиняюсь, что беспокою вас в такое время, но у нас тут неприятность, и меня попросили позвонить вам.
— Я вас знаю? — спросил Маршан. Голос у него был твердый, почти официальный, но слышалась в нем какая-то нотка, говорившая о том, что он был сонный и, возможно, слегка навеселе.