— Но я ничего не могу вспомнить.
— Ты никогда не болела? Никогда не чувствовала слабость, с тоской вспоминая дни, когда здоровая и бодрая порхала по дому бабочкой? Или, может, никогда не простужалась? Не теряла возможность дышать носом?
— Точно!
— Вспомни, каково это — не чувствовать запахов? Терять львиную долю ощущений, получаемых от органов обоняния. И вспомни тот момент, когда снова могла сделать глубокий вдох. Почувствовать все оттенки запахов. Обычный воздух становился таким вкусным. «И как я раньше не замечал этого?». А потом время проходит, и эта восторженность стирается множеством других эмоций и впечатлений.
— Я поняла, о чем ты.
— Тогда наслаждайся тем, что у тебя есть! Цени это. И я надеюсь, ты никогда не лишишься ни одной из своих возможностей.
— Спасибо, что напомнил об этом. И, знаешь, я удивлена.
— Чем?
— Имея такое детство, как ты описал, любой мог бы стать монстром. Холодным целеустремленным убийцей, который бы шел по трупам ради своей выгоды. Но ты не такой! Эти жестокие условия отшлифовали тебя, сделав лучше. Не знаю, где прошло твое детство, что за общество тебя окружало, какими были твои родители, но я рада, что ты справился. Рада, что сейчас ты здесь. Можно еще один вопрос?
— Да. — Голос Хейдара был немного хриплым.
— Кто-нибудь вообще относился к тебе хорошо? За всю жизнь. Хоть кто-то?
— Мой друг.
— Что он тебе дал?
— Поддержку, помощь, общение, возможность расслабиться в чьем-то обществе. При моей жизни — это много.
— Верю. Но хоть один человек…или не человек, дарил тебе тепло? Простое душевное тепло.
Ответ был очевиден. Дар сжал челюсть и отвел взгляд в сторону, не желая, чтобы я прочла в нем ответ. Тот, кто умел «держать лицо» в любой ситуации, сейчас отвел глаза. Насколько тяжело это должно быть, что мужчина с вековым опытом и железной выдержкой не смог сдержать эмоции. Каждое живое существо нуждается в душевном тепле и поддержке, кем бы оно ни было. Без этого мы замерзаем. И Дар замерзал! Но я могла это исправить. Иногда нам не нужны слова, чтобы донести что-то — достаточно молчаливой поддержки, объятия, чтобы сказать «Я здесь, я с тобой. Я помогу». Не думая больше и секунды, я просто подошла к Хейдару и крепко обняла его. Мышцы под моими руками дернулись, напряглись, но спустя пару мгновений расслабились. Мужчина осторожно, будто боясь спугнуть, обнял меня в ответ. Его тело привыкло к бою, боли и, наверное, страсти. Но к простой теплоте оказалось не готово, не знало, как реагировать. Поэтому я, вселяя в него уверенность, несколько раз провела ладошкой по спине, поглаживая. Так мы стояли некоторое время. Потом Дар осторожно расцепил руки на моей спине и медленно отодвинулся. Лицо его было расслабленным, умиротворенным.
— Спасибо.
— Пожалуйста. И вообще, считаю, что по поводу нашего более близкого знакомства, нужно выпить.
— Ты пытаешься напугать меня чашкой горячего шоколада? — Передо мной снова был тот хитрый, поддразнивающий Дар, которого я знала.
— У меня есть виски!
— И как тебе его в магазине продали? Небось, поддельные документы показала?
— Эй! Ты сейчас договоришься! Налью тебе горячий шоколад, а сама буду пить виски.
— Эльфенок, женский алкоголизм — страшная вещь! Может, не надо?
— Что? Алкоголизм?
Мы не выдержали и оба расхохотались. Дальше вечер потек плавно, с шутками, смехом и ароматом шоколада. Да, мы ограничились им. Хотя, видеть такого брутального мужчину с чашкой шоколада было, мягко говоря, необычно. Это стало причиной иронии с моей стороны. Дар ответил, что брутальные мужчины тоже должны отдыхать. Крыть было нечем.
Глава 10
Хейдар был привычен ко многому. Боль, холод и жара, жестокость и равнодушие. Рассказывая свою историю девочке, он думал, что увидит в ответ шок, жалость. Он привык. Неприятно, но не смертельно. Но она снова удивила его. Вместо этого, в глазах маленькой банши светилось сочувствие и поддержка. А потом она спросила его про тепло. Вопрос прозвучал неожиданно, Дар не успел закрыться. И она увидела. И поняла. А потом вместо пустых слов утешения, просто обняла, даря ему это самое тепло. Хейдар перестал дышать, не веря происходящему. Казалось, пошевелись, нарушь дыханием этот момент, и прекрасная картина осыплется выцветшими стекляшками, насмехаясь над глупцом, посмевшим в нее поверить. Но ощущения были такими реальными, что Дар поверил, рискнул. И не прогадал. Не осыпалась. Девушка продолжала обнимать его, а потом еще погладила по спине. Как делают люди со своими близкими. Такой человеческий жест, но так много несет в себе.