Так не без везения, бессонных ночей, и упорных тренировок заклинания небесный взор, полу ашура пережила свою первую сессию в Академии магии Воздуха. Позже, вспоминая неделю семинаров, Фиама порадуется опыту, полученному благодаря стремлениям везению и упорству.
* * *
– Я поспрашивал друзей, но никто ничего не знает, – сказал Джадан, вычерчивая пентакли. – Все сейчас погружены в учёбу. Преподы словно взбесились.
– У неё нет друзей, да и откуда им взяться. Её Куратора – Эрви – тоже не было в ту ночь, он вернулся незадолго до её пробуждения. Вряд ли это он. Более того, я смог просчитать его маршрут, и он вообще не видел зачарованный остров, – отчитался Маркус. – Угол наклона его птицы Рух не позволял…
– Да мы поняли, – перебил блондина Джадан. – Не сбивай своими наклонами мои углы.
Маркус скривился и погрузился в книгу по языковедению.
– Это плохо, – покачала головой Селена. – Раз друзей нет, мы не сможем её проучить. Да и, – она хотела напомнить, что грязнокровка откопалась, и раз ей не помогали, значит это действительно магия или ещё хуже помощники из другого мира – мира Духов или, что ещё хуже, Ада. – В любом случае, мы сделали всё, что смогли, Сиэль. Ребята по моей просьбе даже следили за малявкой и ничего. Кстати у неё какие-то проблемы с библиотекарем, Лаурус сказал, девчонка ругается с портретом через слово.
– Может оставим её пока? – предложил Маркус.
– Да, – согласился Сиэль. – Сейчас важнее учёба, а за каникулы придумаем, как ещё можно напакостить негодяйке.
– Да! Тем более, что вы все согласились ехать со мной к тётке, – порадовался Джадан.
– Кроме меня, – буркнул Маркус. – Нас пригласил дядя, и мать брякнула согласие, – скривился адепт. – Ненавижу своего кузена.
– В следующий раз проведём каникулы вместе, – пообещал Сиэль. Маркус услышав его слова расцвёл, порозовел и засветился от счастья.
Сиэль надеялся за преподавателей, что безжалостно гоняли полукровку по всей программе первого полугодия. Но к величайшему разочарованию, ашура знала ответы. Будь она неладна, она знала ответы, которые не знал даже Сиэль! Он дольше искал информацию в конспектах, которые лежали перед его носом, а полукровка уже как ни в чём не бывало, бубнила ответ себе под нос. Как у неё это получалось? Сын Декана мог поклясться, что здесь не обошлось без хитрости. Но какой? Как же он хотел подловить малявку на нарушении общепринятых правил!
Сам Сиэль сдавал всё играючи. Он мог бы и совсем не отвечать, только улыбнуться преподавателю и ему ставили галочку. Но это неправильно, считал юноша. Он хотел всего добиться сам! Для этих целей он трудился всё полугодие и заставлял работать свою команду. С них он также взял клятву добиваться всего своими силами. Маркус и Селена старались, Джадан пытался отлынивать, но всё же взял пример с товарищей. Они помогали друг другу по мере сил, но Сиэль старался не полагаться на друзей. Он не проиграет соплячке ашуре! Он добьётся уважения отца. И он сдаст экзамены сам. Своими силами.
Но с началом сессии Сиэль осознал, как тяжело делать и сдавать всё самому. Радовало лишь то, что его не валили дополнительными вопросами, как полукровку.
Середина зимы
Наступила праздничная неделя. Фиама по привычке проснулась под звон музыки ветра и пришла в столовую, где сидели за разными столами всего два адепта. Дочь ашуры улыбнулась, радуясь тишине. Ни одного знакомого лица. Насколько она знала вчера прилетал дирижабль и забрал всех вниз.
Фиама неспешно набрала себе завтрак, поела и решила прогулять по непривычно пустой Академии. Больше никто не провожал её недоброжелательным взглядом, никто не шептался рядом с ней, не косился, не угрожал, не обзывал и не ставил подножки. Пропала даже паранойя, которая мучила дочь ашуры на протяжении последних двух седмиц. Ей всюду мерещились тени, края мантий и ленты, а ощущение слежки не оставляло ни на секунду. Скорее всего всё это из-за нервов, усталости и недосыпания. За неделю выходных Фиама намеревалась поправить своё здоровье, в том числе психическое.
Бредя по пустой Академии в полном одиночестве, слушая гнетущую тишину, полукровка с тоской представляла, как хвалилась бы формой перед мамой, если бы ей было куда поехать. Она бы рассказала Макри о парящих островах и Академии, о занятиях, Эстариоле и Кураторе. Посмеялась бы над женоподобным наставником Анджи, вспомнила бы грозного тренера Шина и весёлого рыжего Оза. Но каждый воображаемый разговор в голове Фиамы заканчивался жалобами и унынием. Приехав домой, расслабившись рядом с мамкой и сестрой, дочь Шанны не захотела бы возвращаться в Академию, с её гнетущей атмосферой и жестокими людьми. Тогда полукровка отгоняла эти мысли и возвращалась к насущным делам.