В библиотеке снова шатался по этажам второкурсник. Он тихо пообщался с портретом и пошёл искать необходимую книгу. Фиама в этот момент стояла около стеллажа и отсчитывала нужную полку. Она порадовалась, что успела попрактиковаться в язвительности с Эстариолом до прихода Гила, и он не слышал их перепалку на ломаном языке деревенщин.
Эстариол висел рядом и ехидно подначивал Фиаму, которая никак не могла достать до верхней полке со своим маленьким ростом. Дочь ашуры закипала, она хотела бы снять портрет со стены и зашвырнуть вниз с третьего этажа, чтобы он разлетелся на куски, но сдерживала яростный порыв. Полукровка старалась вести себя тише, чтобы её не услышал второкурсник.
– Если б к твоим ручонкам добавить уши-лапоуши, ты б достала, – ржал портрет.
Терпению дочери Шанны наступил конец. Она огляделась, не увидела поблизости второкурсника и шёпотом залепила язвительную гадость портрету, чтобы тот заткнулся. На что Эстариол тут же нашелся, что ответить и Фиама просто взорвалась:
– Да какого ваще хрена, ты поставил книгу на самый верх?!
– Нормальные люди достают с такой высоты. Просто ты шмыкадявка. – Эстариол начал во всю хихикать.
– Сволочь! – в сердцах сказала Фиама, забыв про шёпот. Она не заметила подошедшего со спины второкурсника, который отсчитывал полки на противоположном стеллаже.
– Довольно грубо так выражаться, да ещё без подобающей причины, – сказал он ровным голосом.
Фиама обернулась с круглыми глазами и сжалась. Она так старалась быть незаметной в библиотеке, и всё равно опростоволосилась.
– Э-э-э… это я не тебе, – пискнула полукровка, а в следующий момент бросила: – И нечего подслушивать!
Иной раз она сама от себя не ожидала подобной наглости. Она тут же потупилась, глядя на нижние книги стеллажа.
– Да ты нагла, ашура. И довольно плохо натренирована, если не слышала, как я подошёл, – лениво прокомментировал адепт, взял свою книгу и уже было развернулся, чтобы уйти, но внезапно остановился и спросил: – кому тогда? В библиотеке больше никого.
– Эм, портрету, – пристыженно кивнула Фиама головой в сторону портрета, а, посмотрев на картину, увидела, что Эстариол во всю строил ей страшные рожи. Фиама нахмурилась и буркнула: – Этот хмырь на картине всё время издевается.
– Портреты-библиотекари всегда вежливы и помогают найти нужную книгу, – пожал плечами Гил и посмотрел на портрет.
– Только не этот, – пробубнила Фиама себе под нос, отстранилась от адепта и вновь попыталась достать книгу. Краем глаза дочь ашуры видела, что второкурсник не уходил.
– Видимо каждому своё, – еле слышно хмыкнул Гил. – Тебе не помог портрет-библиотекарь? – его это несколько удивило, или так казалось из-за вздёрнутых бровей.
– Да я жопу ряди тебя рву, неча тут ныть! – выругался Эстариол.
– Не в этом дело, – скромно начала Фиама, проигнорировав библиотекаря. – Где книга-то он сказал, а как её снять? – она встала на цыпочки и вся вытянулась, кончиками пальцев она достала до корешка нужного тома, но стащить его с полки была не в силах, слишком плотно стояли книги. Фиама попробовала достать книгу в прыжке, но безрезультатно.
Гил посмотрел на мучения полукровки, на её пыхтения, и засмеялся. Фиама приземлилась, нахмурилась и глянула на адепта. Ещё один потешаться пришёл.
– А использовать заклинание левитации, или взять лесенку, не дано? – отсмеявшись, съязвил второкурсник, однако его лицо выражало скорее удивление, что никак не вязалось с манерой речи.
– Я его не изучала. Я только на первом курсе, – напомнила Фиама, поражаясь своей глупости. Она даже не подумала поискать стремянку или ступеньку. На портрете ржал Эстариол.
– Надо носить с собой табуретку, – выдавил он сквозь смех.
– Да-да-да, вспомнил. Ты же ходишь только на тренировки по самообороне. – Гил подошёл к стеллажу и взял книгу, за которой так старательно тянулась полукровка. – Получается, первый курс, – задумчиво проговорил адепт и повертел фолиант в руках. Фиама не отрываясь, следила за книгой. – А с чего читаешь о воздушных щитах? Тем более второго уровня! Не умновата ли книжка для тебя? – снова ехидные нотки в голосе.