– Может, Декан тоже подходил ко мне? Но что тогда со стеной? – Фиама упорно повторяла перед мысленным взором видения и испытанные чувства. Она пыталась сопоставить то, что видела, с тем, что чувствовала – только вот общая картина никак не складывалась. – Неужели эта загадка мне не по плечу? Но становится интересно. Ветер, мне кажется я на пороге чего-то важного. Важного о Декане. Может, узнай я что-то такое, и он оставит меня в покое совсем? Было бы не плохо, – холодный ветерок потрепал ветки ивы так, что они проехались по лицу и голове адепта. – Да, да, я плохо думаю о нём. Но глядя на его сынка, который только притворялся добрым и милым, я уже не могу верить отцу. Да, он дал мне второй шанс весной, и я ему благодарна за это, но он такой отталкивающий. Я боюсь он не даст мне доучиться, а он здесь власть. Настоящая власть, не то что его гадский сынок. Мне нужно узнать или найти нечто такое, чтобы была управа на людей, чтобы я смогла доучиться и закончить Академию. Я не хочу оказаться запертой в клетке или ещё хуже, отправиться по частям на чёрный рынок, как предположил Эстариол. – Фиама взяла книгу и сползла с дерева на землю острова. Она гордо вскинула голову, а в мыслях потёрла руки, желая не просто доучиться, а унизить и размазать Сиэля. Она докопается до сути этих странных видений, ниспосланных ей небом.
Дни становились длиннее и жарче. На парящих островах из-за непрекращающегося ветра, было не так жарко, как на земле, но и здесь солнце припекало, а найти тень было порой проблематично, из-за близкого расстояния к солнцу и небу. Кожа надгорцев, слегка побелевшая за зиму, загорела в момент. Кто-то потемнел сильнее, например Оз, ставший чёрным, другие слегка – бледному Маркусу не помогало даже солнце.
Многие преподаватели перенесли занятия из закрытых аудиторий на улицу, в особенности наставники по магии первого уровня. Адепты тренировались в меткости волшебной стрелы на одном, небольшом острове, где обустроили арену специально для стрельбы.
Фиама как всегда выбрала себе цель подальше ото всех, и старалась не промахнуться мимо круглой мишени. Слабая, полупрозрачная стрела после медленного полёта рассыпалась парой искр, ударившись о землю в нескольких шагах от цели. Полукровка скорчила рожу.
Сиэль намекнул товарищам обратить внимание на магические творения Баньши, после чего начались неумолкающие шутки в её сторону. Не высказал замечания только ленивый, вялую стрелу обсудили все. Фиама старалась не слушать их, но с завистью смотрела на успехи адептов. Стрела Сиэля светилась энергией, и рассыпалась снопом ярких искр попадая точно в цель.
У Фиамы ни в какую не получалось колдовство. Дочь ашуры погружалась в апатию и уныние по поводу своих скудных способностей и ничтожности в мире. Она безумно завидовала Сиэлю, но старалась не признаваться себе даже мысленно. Она наблюдала за его стрелой, хотела также и желательно в него, а лучше во всех адептов, что кидали едкие замечания. Фиама знала, что даже если направит волшебную стрелу в Сиэля, та не долетит, а промахнуться мимо сына Декана ещё больший позор, чем мимо круглой мишени.
Наставница игнорировала промахи дочери ашуры, как и едкие замечания адептов. Видимо она не любила полукровок, как большинство людей.
У Фиамы не оставалось другого выбора, как продолжать пытаться.
– Баньши же призраки. Людская магия им не свойственна. У этой, похоже, ещё и руки кривые. Она никогда не попадёт в цель, а стрела посмотрите – такая «яркая и мощная». Такой и муравья не пощекочешь, – с другого конца арены вещал светловолосый парень.
А ближе подойти боится? Нормальная у меня стрела, думала Фиама.
Сиэль выпустил свою магию, она попала ровнёхонько в центр и рассыпалась снопом искр, оставив на мишени небольшую вмятину. Адепты зааплодировали сыну Декана, наставница подошла к нему, похвалила и хлопнула по плечу. Фиама отвернулась, как же она завидовала. Она предпочла бы пережить двести практических занятий Лелулиана, чем смотреть, как Сиэль красуется единственным заклинанием, которое у него бесподобно получалось. Фиама поникла. Кого я обманываю? У Сиэля все заклинания получаются превосходно. Его хвалят Анджи и пентаграмщица, и даже Шин. Не справедливо.
– Сиэль, ты мастер! Попадёшь в цель с любого расстояния, – хлопала в ладоши Селена.
Фиама отвернулась от этого балагана, ей совершенно всё равно, что там происходит. По крайней мере она старательно себя в этом убеждала. Дочь ашуры вновь сосредоточилась на волшебной стреле. Адепт сконцентрировалась, воззвала к внутренней энергии, почувствовала слабое покалывание на пальцах и хотела пустить заклинание в мишень, как мимо неё пронеслась сверкающая вспышка и сбила весь настрой. Фиама проследила взглядом – волшебная стрела ярким снопом искр вонзилась в её мишень, мишень Фиамы, но стрелу зачаровала не она.