Баньши внутри полукровки пробудилась и вскипела, похоже, Сиэль забыл, как она проклинала его и обещала убить. Фиама отличалась терпением и скромностью, она опасалась мужчин, но любому терпению приходит конец. В последнее время, этот конец у полукровки не имел начала.
Сознание Фиамы вдруг помутилось, злость взяла верх над мыслями, гнев управлял телом. Полукровка метала молнии, она резко обернулась и заметила, как Сиэль ехидно ухмылялся, ещё даже не успев опустить руки. Значит, точно Сиэль, подумала Баньши. Она вскинула руку. Особой медитации не понадобилось, магия, порождённая яростью, рвалась наружу, волшебная стрела образовалась на кончиках пальцев. Она выглядела иначе, неправильно и имела фиолетовый цвет.
– Это моя мишень! – грозно рявкнула Баньши и опустила магию гнева и ярости в виде волшебной стрелы прямо в сына Декана.
Заряд молнией пронёсся мимо адептов и направился в Сиэля. Наставница едва успела создать воздушный щит. Сноп тёмных игл пролетел в нескольких сантиметрах от Сиэля. Мишень, в которую он попал слетала с держателя и повалилась на землю.
– Ты с ума сошла! Целиться в людей запрещено! – преподаватель вспомнила о существовании полукровки.
Как назло, сознание и управление телом вернулось скромной Фиаме, которая растерялась от своей же выходки. Что бы соврать поправдоподобнее? Мишень! Я же могла попасть!
– Я целилась в мишень позади Вас, – скромно промямлила Фиама и потупилась в пол. – Достижения Сиэля меня вдохновили, – давясь словами, выдала она.
Сиэль с выпученными глазами медленно обернулся. Сзади него на земле валялась мишень. Наставница тоже обернулась и увидела её. Она не могла придраться к Фиаме, ибо Сиэль тоже только что стрелял по чужой мишени.
– И всё же ты могла задеть феса Сиэля, – не унималась преподаватель. Юноша же отходил от пережитого шока. Он улыбнулся друзьям, стараясь выглядеть уверенным, но глаза отражали страх, а последние слова Баньши стучали в голове.
– Я думала он успеет уклониться. У тебя же такая хорошая реакция, Сиэль, —пародируя лесть Селены, промолвила Баньши. Мало кто заметил иронию в её словах.
В наказание за поведение Фиаме сделали выговор, отстранили от практики волшебной стрелы и проучили мытьём посуды в столовой. Наказание отнимало много времени, но дочь ашуры успевала выполнять задания, а отстранение не стало помехой самостоятельным тренировкам, во время которых никто не видел промахи полукровки. Её полупрозрачная стрела продолжала рассыпаться в прах за несколько шагов до мишени.
Спустя некоторое время вернулся из своей неожиданной и не слишком своевременной поездки Куратор. Во время обеда он подошёл и просил Фиаму в обязательном порядке зайти к нему после занятий. Поскольку говорил Куратор очень серьёзно, дочь ашуры ничего хорошего не ожидала и остерегалась. Он никогда прежде не наказывал подопечную зайти к нему. Фиама боялась, что магу рассказали о случае с волшебной стрелой, или её заметили на зачарованном острове за самостоятельными тренировками, или его обеспокоила работа полукровки посудомойкой. В любом случае вид у Куратора был строгий, а значит Фиаму ожидал очень важный разговор.
После занятий переборов себя полукровка пошла к магу. Она могла пропускать некоторые из обязательных консультаций с Куратором, но не когда он строго наказывал прийти.
– Ты долго! – посмотрев на свою подопечную, запыхавшуюся после подъёма по лестнице и выматывающих тренировок наставника Шина, резко начал Эрви. – Сугубо личное желание заниматься ещё и самообороной со вторым курсом тебя не оправдывает.
– Да, извините за опоздание, – Фиама не могла привыкнуть к общению с Куратором. Прошёл почти год, но она видела мага слишком редко из-за его постоянных командировок, и продолжала стесняться. К тому же он то общался легко, рассказывал истории, даже улыбался, а в другой день, как сегодня, был зол и строг. По холодному тону наставника Фиама поняла, что её будут ругать и села на край дивана, сложив руки на коленях.
– Ладно, ближе к делу, – Куратор не собирался терять времени больше, чем того требовалось. – Пробудившаяся в тебе сила эмпата стала неожиданностью не только для тебя, но и для меня, и для Декана. Поскольку сила эта весьма опасна, мы решили повесить на тебя амулет Роуг, я оставил записку, надеюсь ты её прочла. Вижу амулет ты носишь, уже хорошо. Сам же я отсутствовал на этот раз именно из-за тебя!