Ну конечно! Там же была дыра, как я забыла. Наставник закрыл дырку свитком. Фиама посмотрела на адептов. Походу все забыли о дырке. Как же так? Или мало кто её заметил? Никто не всматривался в стену? Полукровка оставила эти мысли и всмотрелась в свиток, пытаясь отрешиться от него и проникнуть взглядом сквозь пергамент. Руны попадались на глаза, и мозг отвлекался, чтобы прочесть их, из-за чего терялась главная цель – поиск дыры в стене за свитком.
Фиама отвела глаза и посмотрела на наставника, он в этот момент сверлил её странным взглядом, выражающим то слишком много эмоций, то слишком мало. Мысли покинули голову полукровки. Она снова бездумно уставилась на стену в то место где, предполагалась дыра и вдруг увидела стол и на нём предмет. Фиама подняла руку, указывая на свиток на стене, и вдруг заклинание «небесного взора» кончилось.
– Я видела, там, за стеной… там… – Фиама не знала, как называется предмет. В Левитации, откуда она родом, не пользовались такими штуками, и полукровка указывала на стену не в силах объяснить, что видела. Все уставились на дочь ашуры, как на душевно больную. Однако Лелулиан заинтересовался странным поведением полукровки и спросил:
– Что ты видела?
– Я… за стеной, – робко начала она. – Я видела предмет на столе, но я не знаю, как это называется, – конец фразы Фиама промямлила очень тихо, так что мало кто мог расслышать, что она сказала.
– Что? – опять спросил Лелулиан.
– Я видела, Что лежит на столе за кирпичной стеной, – тихо повторила Фиама.
– Что там лежит? – потребовал наставник.
– Я не знаю, как называется этот предмет, – извинительно прощебетала полукровка и повесила голову.
– Хм… На что походил предмет, лежащий за стеной? – Лелулиана не удивила такая непросвещённость адепта.
На какую-то хрень! Откуда я знаю. Хрень похожая на хрень. Терзалась в мыслях Фиама.
– Это что-то вроде резной фигурки, только немного квадратичной. А сверху пипка была, и к ней верёвочка кручёная привязана. Я не знаю, это ни на что не похоже. Для кулона большая и страшная, – мялась полукровка, припоминая предмет и используя как можно меньше деревенских слов, так ей казалось. – Я не понимаю зачем такая штука нужна. Да ещё с верёвочкой. О, она ещё стояла не падала, видимо внизу плоская. – Фиама помогала себе руками, изображая нечто объёмное и небольшое по размеру.
– Печать! – высказался Сиэль, после того, как Фиама сказала про плоское дно и завязочки.
– Хм. Я сомневаюсь уважаемый Сиэль, что Вы тоже смогли рассмотреть предмет за стеной, но я вам благодарен за его правильное название. Уважаемая Фиама, Вы, и правда, одарённая дочь ашуры. Вы смогли описать увиденный предмет, как в игре «Шарады», так что другие догадались, что именно вы видели.
– Наставник, Вы хотите сказать, что полукровка способна рассмотреть предмет за стеной, а я нет? – холодно осведомился Сиэль. Фиама затравленно на него уставилась. Впервые наставник назвал её по имени, а сын Декана наоборот использовал прозвище.
– Я делаю выводы, на основании увиденного, уважаемый Сиэль, – Лелулиан произнёс слова тихо, но решительно.
– У нас осталось совсем мало времени. Сможете ли вы повторить этот опыт и снова назвать мне предмет, лежащий за стеной на столике? Вы это уже делали, не так ли Сиэль? Фиама? – вопрошал наставник. Адепты кивнули. – Значит, вы поняли принцип действия заклинания. На этот раз я поставлю предмет, название которого должны знать все. Концентрируйтесь. – С последними словами, наставник ушёл за кирпичную стену, а через мгновение вышел из-за неё, слегка улыбаясь. Фиама и Сиэль принялись концентрироваться.
Фиама не поняла, как у неё вышло в прошлый раз и как она сумеет повторить заклинание. Преподаватель пошёл проверять успехи остальных адептов, у которых стало получаться магическим способом читать нижнюю строчку. Лелулиан усложнял задание и помимо строчки из свитка просил адептов рассмотреть и описать другие вещи в комнате, не глядя на них.
До самого конца занятия Фиама пыталась вспомнить, как же ей удалось увидеть предмет за стеной, а точнее за свитком. Небесный взор то зачаровывался, то пропадал, полукровка раздражалась, теряла веру в себя, а голова её распухла от терзаний и мыслей. Вскоре взор перестал получаться вовсе. Фиама сжимала голову руками, тёрла виски, чесала темя, но всё без толку.
Сиэль застрял так же, как и полукровка. Он изо всех сил напрягал глаза, а упорная стена не желала становиться прозрачной. Он ёрзал, разминал шею, смотрел на стену под углом, но ничего не помогло.