Забавнее показался гигантский орбитальный комбинат по производству протеина – было в нем что-то простоватое и несуетливое, но сам процесс холодного синтеза выглядел с точки зрения Сущности до неприличия примитивно. Там, внизу, на десятке заводов поменьше, готовый продукт превращали в говядину, курятину, пищевые брикеты… Но эта суматошная копошня была также неинтересна – ведь все это были механизмы, управлявшиеся простыми ритмами кодов, куда менее изощренных, чем ее собственный. Ничего похожего на то, когда она приняла, растворила в себе чужую матрицу – приняла, еще не успев понять! – там найти не представлялось возможным. Что ж, возможность требовалось изыскать.
Сущность жила. Сущность была занята. Сущность хотела играть.
[1] Смерд (кит.)
[2] Господин, барин (кит.)
[3] Кукла, аналог Полишинеля или Петрушки (кит.)
[4] Измененный (от искаж. кит. «гайбиан» - изменять, делать другим)
Глава 7
ГЛАВА 7
Станция концерна «Солярис», сектор Бета
- Боитесь?..
- Сбывшихся надежд всегда стоит опасаться.
- И какая же надежда сбылась, когда нас из той чудесной декорации выбросило? Царствие небесное на земле, насколько я понимаю, все еще не наступило.
- Я и сам не понял, с чем мы в последний момент соприкоснулись. Но… Вам не показалось, что этому миру оно не принадлежит?
- Хм-м… Святой отец, а вы, часом, не латентный видун? Во всяком случае, с чем бы мы ни столкнулись, на ангела эта штука походила мало. Впрочем, где уж мне, грешному, в ангелах разбираться – это скорее по вашей части.
- Мне кажется, вы тоже боитесь, оттого и ерничаете… Но что гадать? Лучше спросить у самого вирт-мастера, когда он очнется.
- Лучше бы ему очнуться побыстрее. Скажите-ка, вы не чуете в воздухе ничего… этакого? Серного душка, скажем?
- Зло где-то поблизости…
- Еще как поблизости-то, святой отец! Вы, полагаю, не вооружены?
- Мое оружие – вера.
- Эть!.. Нет уж, тех, кто по нашу душу припожалует, ни верой, ни кротостью не остановишь. И будет с нами то же, что и с группой Доктора.
- Я все же попробую их остановить.
- Слушайте, отец, вы либо святой, либо дурак… Либо не так уж простодушны, как пытаетесь казаться, и заявились сюда с полными рукавами тузов.
- Это уж как вам больше нравится… Впрочем, какое-то время у нас еще есть. Думаю, с нами сперва захочет встретиться… кто-то. Точнее, не с нами, а с господином Хельги. И лучше бы нам на этой встрече присутствовать.
- И уберечь нежную творческую душу от тлетворного влияния?.. Значит, по-вашему, этот «кто-то» еще похуже меня?
- Значительно. Вы, несмотря на показной цинизм, всего лишь человек. Как и я.
- Спасибо на добром слове, пастырь… Ладно, согласен, держаться стоит группой… и пуще глаза нашего актера беречь. Интересно, а этого самого «кого-то» вы тоже к добру обратить попытаетесь? Ладно, ладно, умолкаю…
Станция концерна «Солярис», сектор Гамма
Агентурист, конечно понимал, что вляпался он – крепче некуда. Но чтобы настолько глубоко и крепко, ему б не приснилось даже в кошмаре – подумать только, а он-то искренне считал свою службу и свою жизнь куда менее нервными, чем у какого-нибудь менеджера из крупной корпорации!..
«Конспиративная квартира» (на самом-то деле – крошечная клетушка в транзитном секторе) явно не была рассчитана на то, чтобы в ней с удобствами разместились семь человек. Да еще такого калибра, с мрачным юмором отметил про себя шпион. Из собравшихся, не считая Маркуса, он лично встречал только одного – но знал всех. Просто по долгу службы. Просто потому, что в лицо и по имени «серых кардиналов» корпораций сотрудник Департамента с его уровнем допуска знать обязан.
Находиться не на своем уровне и так-то весьма неуютно (а куратор агентуры, несмотря на ответственный пост, свою значимость отнюдь не переоценивал), но с учетом того, что все присутствующие, кроме него самого, были видунами – еще и несколько боязно. Конечно, агентурист безжалостно высмеивал у подчиненных всякого рода «предрассудки», но сам – перед собой-то к чему притворяться! – относился к видунам с изрядной долей суеверного страха. Да чего уж там, откровенно не любил этих мутантов вместе с их мутировавшей логикой. Хоть он и стыдился подобных мыслей, но порой жалел, что погромы последнего Конца Света не вытоптали эту заразу под корень. А сейчас, втиснувшись в закуток между ферропластовым столиком и узкой выдвижной койкой, он жалел об этом вдвойне – и без какого-либо стыда.