– Игорь, пожалуйста, не уходи! Ну как я буду без тебя? Сколько ты хочешь? Я заплачу!
– Сколько я хочу, у вас нет. А на завтра у нас уже билеты в Калининград. Открою бар на берегу моря, буду чаек спаивать. Балтийский берег, рыжая заря, вот это вот все.
– Ничего себе... И не боишься? Вот так вот всё бросить и...
– Всё бросить? Как раз всё я и не бросаю. Мое всё едет со мной. Жена и дочки. А деньги – дело наживное. Были бы руки из плеч.
5. Миндальная связь
Суббота 3 мая.
Днем бар, как обычно, был полупустой. Иногда заходили странные люди, брали чай или кофе с собой. Как будто нет вокруг миллиона кофеен на любой вкус. Наверное, им просто нравился наш интерьер: полумрак, деревянные панели на стенах и потолке, массивная деревянная стойка, плакаты на стенах с грудастыми красотками в стиле «пинап», на полках старые журналы и портреты в рамках. А еще какой-то дырявый башмак, висящий на гвозде, мятый дуршлаг, старинный почтовый ящик и куча другой непонятной ерунды, притащенной Архимедом с барахолок.
Игорь сказал, что пока народу нет, нам надо поговорить. Время пришло. Попросил Сережу постоять за стойкой, приготовил нам кофейку, поставил на столик блины. Мы сели у окошка. Третий стул сразу занял Барсик, просочившийся из подсобки. Я в очередной раз подивилась его тяжеловесной грациозности и необычной расцветке. Он был почти полностью черный, с пронзительными ярко-оранжевыми глазами и белым пятном на шее. И это пятно по форме в точности повторяло бантик, который носят на шее куртуазные мужчины. Будто кистью нарисовано.
– Хорошо, что ты пришел, Барон. Будешь поправлять меня, если где-то ошибусь. Ты ведь лучше знаешь, как дело было.
Барсик важно кивнул.
– Это ты сейчас с котом разговаривал? – удивилась я.
– Да. Этот кот, между прочим, знает минимум два языка. Русский и турецкий. Английский, французский и испанский не знает, Санек проверял.
Кот недовольно мяукнул.
– Не обижайся, бро, французский ты, может, и знаешь, но Саня говорит, что плохо. Я в этом не спец, проверить не могу.
– Может, хватит паясничать? Я уже поняла, что у вас здесь дрессированный кот ученый, ты только об этом хотел поговорить?
– Нет. Это долгая история, и я не все подробности знаю, так что все вопросы к Саньку. Расскажу, что знаю. В общем, год назад искали мы помещение под бар. Уж не знаю, чем Сане этот дом приглянулся, место здесь не самое проходное.
– Я бы так не сказала. Вчера ночью не продохнуть было.
– Были у нас и лучше варианты, и дешевле, и с ремонтом уже. Я думаю, всё дело в Кларисе. Она помещение показывала, она Саню и уговорила.
– У них был роман?
– Что-то было наверняка, но точно не знаю, Саня не из болтливых, ты же знаешь.
– Да уж не то слово. Мастер интриг и загадок.
– Я так думаю, у них главное не постель. У них это вот, знаешь? Миндальная связь.
– Ментальная?
– Миндальная. Они же оба чертовы интеллектуалы. Поэтому и на одной волне. Короче, сняли мы это помещение, стали ремонт делать. Тут в это время реконструкция шла. Стас, ну, хозяин который, весь дом переделывал, снаружи и внутри. Пыль столбом стояла, толпы работяг, шум, гам, тарарам. Я не понимал, зачем нам этот геморрой, мало ли нормальных помещений в Москве? А Санёк все бегал с лазерной рулеткой, что-то на стенах чертил, радовался. Говорил, ща сделаем бар его мечты. Ну и пока бегал, заметил, что что-то не сходится. Внутренние и наружные стены по размерам не совпадали. Каких-то полтора метра не хватало, и он перемерял десять раз, а потом сказал, что одна стена фальшивая и надо разобрать. Я предложил кому-то из работяг Стасовых заплатить, но Санёк сказал, что не надо привлекать внимание. Короче, мы сами ночью, в дурацких налобных фонариках, молотками и зубилом раздербанили эту стену. Ну и нашли тайник.
– Тайник?
– Да, небольшой такой закуток между настоящей стеной и фальшивой. А там – три банки с порошками и фолиант.
– Фолиант?
– Угу. Записки купца Ладогина. Здесь ведь раньше фабрика его была, в этом здании. Толстенная такая стопка исписанных чернилами листков. Желтых, поблекших, слипшихся. Санёк их целый месяц разбирал и перепечатывал. Сто пятьдесят лет пролежали, представляешь?
Зашел наш домовладелец Стас. Мы сразу вскочили, как школьники перед учителем. Я радостно сообщила, что у нас появился повар, и предложила сырные палочки, но Стас замотал головой.
– Вы не знаете, где моя жена?
– Жена? А... кто она?
– Лариса.
Что? Серьезно?! А, впрочем, логично. Стас - Муж Кларисы. У меня в голове начал бешено складываться пазл. Он живет над нами, она тоже из этого дома. Она показывала Арчи это помещение. И у них началась «миндальная связь»... А еще вчерашний аргентинец... «Только мужу не рассказывай» – и тысячная купюра... За молчание?