Запись пошла дальше. Вероника покидает бар, улыбаясь, а Джаред провожает её, как ни в чём не бывало. Потом возвращается, закрывает дверь и уходит в свою будку.
Конец файла.
Я выдернул флешку. Сидел ещё минут десять, не двигаясь. В груди было глухо и пусто.
Я всё проебал.
Опять.
Перед глазами стояло лицо Леи. Упрямое, злое. Обиженное.
И чёрт возьми — она имела право.
Я посмотрел на часы. Почти пять утра.
На сегодня всё.
Но утром…
Утром кто-то потеряет работу.
— Ты серьёзно думал, что я не увижу запись с камер? — голос у меня даже не дрожал. Просто сталь, холодная и ровная.
— Ром, да не так всё было, — мямлил Джаред, побелев лицом.
— У тебя есть пять минут, чтобы собрать свои вещи. К чёрту. Всё.
Он хотел что-то сказать, но под моим взглядом замолчал. Даже не пытался оправдываться. Я смотрел, как он исчезает за дверью, и впервые за долгое время почувствовал… облегчение.
Я закрыл за ним дверь. Вдохнул. Выдохнул. Потом достал телефон и открыл чёрный список доступа к бару.
Имя: Вероника Майерс.
Статус: запрещён вход.
Готово. Завтра повесят на стене запрета.
Теперь оставалось самое трудное.
Лея.
Она стояла за стойкой, уставшая, но собиралась на смену. С ней болтала Лив — о чём-то милом, если судить по лёгкой улыбке Леи.
И от этой улыбки стало ещё паршивее.
Я всё это чуть не уничтожил.
Подошёл ближе.
— Лея, можно тебя на минуту?
Она обернулась. Холод в глазах, никакой той прежней искорки.
Я этого заслужил.
— Я хочу извиниться, — начал я, — перед тобой. За то, что сказал. За то, что не поверил.
Пауза. Я достал тетрадь, которую собрал вчера из обрывков и распечатанных копий — всё, что ребята из соседней деревни помогли восстановить.
— Я видел запись. Я знаю, что ты говорила правду.
— О, и теперь ты решил быть хорошим боссом? — её голос острый, но не злой. Скорее — уставший.
— Нет. Я решил быть просто нормальным человеком. Поздновато, да. Но я не мог оставить это так.
Она молчала.
Я продолжил:
— Я уволил охранника. И Веронике теперь вход в бар закрыт. Навсегда.
— Прямо так? — вскинула брови.
— Прямо так.
Молчание.
— Спасибо, — наконец сказала она.
— И… если ты всё ещё хочешь составить зимнее меню — я бы был рад. Но если нет — пойму.
Она посмотрела на меня долго. А потом просто кивнула.
— Я подумаю. Но сначала — кофе.
И впервые за двое суток — я чуть не улыбнулся.
Лея
— …и вот она, сука, спокойно перелезает через стойку, будто в своём доме! — Крис пересказывает запись, жестикулируя так, что чуть не швыряет поварёшку в Дилана.
— Я бы её кастрюлей, — ворчит Лайла, прижимая к груди Лив, которая выглядывает из-за её руки с диким интересом.
— Клянусь, — Дилан продолжает, — я думал, что охренею, когда увидел, как она ещё и вино из холодильника прихватила. Это вообще-то были МОИ запасы!
— Она пила наше вино?! — Кэсс вскинулась. — Всё, это война.
Я сижу на табурете, обхватив кружку с кофе, наблюдаю эту бурю. Даже не знаю, смеяться или плакать. Просто тепло.
За меня — стоят горой. Как всегда.
Роман заходит на кухню, и тут Крис делает торжественный жест:
— Ну что, мистер Бармен-босс, добро пожаловать на церемонию изгнания!
Он вынимает фотку Вероники, которую явно распечатал минут десять назад, на ней она вылезает через окно с какими-то бумажками в руках.
— Что за… — Роман прищуривается.
— Официально пополняем стену позора. — Эрик хлопает ладонью по стенке, на которой висят:
Какой-то старик с надписью «Пукнул в бочонок с пивом. Забанен навсегда»
Девушка с розовыми волосами — «Кричала, что заберёт Романа домой. Трижды.»
Парень с чёрными глазами — «Начал драку с шваброй. Проиграл»
Рядом теперь — Вероника. Подпись:
«Украла вино. Разнесла меню. Пошла нахрен.»
— Это слишком? — спрашивает Дилан, довольный как кот.
— Это… идеально, — отвечает Роман, и впервые с утра улыбается по-настоящему.
Позже, когда я вытираю стойку, Лив подходит ко мне.
— Знаешь, у дяди Криса талант.
— К стене изгнанных?
— Нет, — она хихикает. — К справедливости. Он как супергерой, только с поварёшкой.
Я улыбаюсь. Потому что, чёрт возьми, впервые за долгое время я чувствую себя в безопасности.
В своём баре. Со своими людьми.
И с мужчиной, который, несмотря на ошибки, всегда готов встать рядом.