— Лея? — крикнул он. — Лея?!
Ноль ответа.
Он вошёл. Комнаты — пусты. Телефон — на столике. Плед так и остался лежать, будто она так и не дошла до него.
Тревога скрутила живот.
Он выскочил из дома и сразу позвонил Эрику.
— Внимание всем. Лея пропала. Я серьёзно.
Через минуту весь бар уже знал.
Свет погас. Музыка стихла. Люди замерли. Все головы повернулись к Роману, стоящему на пороге с бешеными глазами.
— Лея пропала.
И в эту ночь Хейвенридж вновь ожил. Но теперь — от тревоги.
Глава 19: Тревога и страх
Роман
Я выскочил на улицу. Дом Леи был недалеко — старая, уютная постройка, доставшаяся ей от бабушки. Когда я подъехал, света нигде не было. Я звал её, стучал — ноль. Ни следа. Ни машины, ни пледа в руках, ни Леи.
Меня ударило в грудь. Как будто воздух закончился.
Через десять минут к дому подъехал Алексей. Он даже не спрашивал, что случилось — увидел моё лицо и понял всё без слов.
— Проверим камеры, — сказал он. — Быстро.
Когда Лив однажды пропала когда ей было 2 годика, я устоновил камеры по всему периметру дома.
На экране мелькнула машина — чёрная, без номеров. Алексей перемотал, остановил, снова замедлил. И вот — момент, когда дверь открылась, и Лея, улыбающаяся, в простом домашнем, выходит навстречу. И замирает.
Дальше камера не видела ничего, только как чёрная машина резко срывается с места и уезжает. Алексей пробил кадры через систему и, наконец, выдал номер.
— Это он, — выдохнул он. — Дмитрий Северин.
Клэсс, Грета и Мэг, стоявшие рядом, одновременно выкрикнули:
— Это же он! Этот ублюдок! — Мэг побледнела. — Он ведь преследовал её месяц назад. Она нам говорила! Потом… Потом он перестал звонит или писать. Мы надеялись что он просто нашёл другую!
Алексей резко повернулся к технику:
— Найди последний входящий на этот номер. Быстро.
Минуты тянулись как вечность. Бар опустел — все вышли на улицу, к подъездам, звонили друг другу. Посёлок знал. Посёлок чувствовал.
— Заброшенная фирма, окраина, старая текстильная, — сказал техник. — Оттуда был последний звонок на его номер. Он говорил с её матерю?..
Я чувствовал, как всё внутри меня сжимается в один ком. Ледяной страх и ярость.
— Я еду, — сказал я.
— Мы едем, — Алексей уже вытаскивал рацию. — Ты не поедешь один.
— Я с вами, — Эрик встал.
— И я. — Дино. Наш Дилан.
— И я, чёрт побери, — Крис.
Мы были как стая. Сильная, злая, решительная.
Алексей повернулся к Мэг, которая уже схватила куртку.
— Ты остаёшься. Это не шутка. Он опасен.
— Но—
— Мэг. Это приказ.
Она кивнула, сжав губы.
Я врезался в сиденье, сжал руль. Машина рванула с места. Всё, что я чувствовал — это как сердце билось так громко, что я почти не слышал дороги. Только Алексей в рации и тяжёлое дыхание моих братьев рядом.
Держись, Лея. Я еду.
Лея
Я поняла, что это не Роман, ещё до того как он заговорил.
Холодная рука сомкнулась на моём запястье, и дверь за мной захлопнулась с грохотом. Тот голос — низкий, липкий, как ржавчина на гвозде, что вбивался в мой мозг с каждым словом:
— Ну здравствуй, принцесса. Скучала?
Я хотела закричать, правда. Но в горле будто расплавился лёд — ни звука. Я дернулась, попыталась вырваться, но он толкнул меня к стене. Больно. Сильно.
— Не дёргайся. Тебя, значит, можно воровать, а меня — вычёркивать? — Он пыхтел, сжав кулак. — Ты что думала, я не найду тебя? Глупая.
Я зашипела, когда первая боль ударила по щеке. Потом — по боку. Он срывал злобу, которую копил месяцами. За что? За то, что я ушла? За то, что я снова научилась дышать?
— Ты мне принадлежишь! Поняла?! — он кричал, хватал за волосы, мотал головой, как будто хотел вытрясти из меня оправдание. — Я видел, как ты смеялась! С ним! Он тебе кто, а? Герой, да? А я, значит, никто?
— Я… — голос сорвался в рыдании. — Пожалуйста… ты пугаешь меня…
— Должна пугаться, — прошипел он и поднял руку ещё раз. — А то расслабилась.
Я упала на пол, скрючившись, заслонив лицо руками, и прошептала сквозь боль и сдавленные всхлипы:
— Пожалуйста, не трогай меня… пожалуйста…
В голове мелькал каждый миг с Романом. Его тёплые ладони, тихий смех, как он целовал мои виски, как носил меня на руках, как знал каждую мою слабость — не для удара, а для ласки.
Он найдёт меня. Он найдёт меня. Пожалуйста, только дожить до этого.