Выбрать главу

— Лесным собакам?

О лесных собаках Барбара недавно слышала: о них говорили местные жители как об очень опасных зверях, которые почему-то даже страшнее волков. Никто точно не знал, что они сделали плохого, но бояться их следовало.

— Да, за горным перевалом в стаях живут лесные собаки — они потомки бродячих собак и волков. Лучше, если ты с ними не будешь встречаться! — предупредил Нильс и снова предложил Барбаре забраться на него.

4

Хотя Барбара была маленькой и легкой девочкой, а Нильс — большим и сильным сенбернаром, но со временем ноша стала для собаки тяжелеть, поэтому все чаще приходилось делать передышки. Для остановки Нильс выбирал такие места, где можно было найти какой-нибудь пенек или сломанный ствол дерева, на которых Барбара могла посидеть.

— Как это твои глаза так хорошо видят в темноте? — удивлялась Барбара, сидя на пеньке в очередном месте отдыха и потирая больную ногу.

— Сенбернары должны видеть как в непроглядной темноте, так и в ослепляющей белизне, — ответил Нильс улыбаясь.

— Как это — в ослепляющей белизне? — не поняла Барбара.

— Мы — собаки-спасатели, у нас у всех есть близкие или далекие родственники в Альпах, где часто приходится спасать людей из-под снежных лавин. Хотя я еще никого не спас, но иногда чувствую, будто что-то тянет меня к тем снежным вершинам, может, кто-то там в эту минуту в беде… Моя мама рассказывала, что один из братьев моего пра-пра-пра-пра-прадеда спас несколько десятков людей из-под снега от обморожения. Это не так трудно, надо только внимательно нюхать, откуда ветер доносит в нос запах человека, и слушать, вдруг кто-то позовет на помощь. И там, где запах или голос, или и то и другое становятся очень сильными, следует вонзить лапы в снег и копать до тех пор, пока ты не найдешь заваленного снегом человека или зверя. А с моим далеким предком случилась такая история, грустная история: один мужчина, которого он выкопал из-под снега, так испугался, увидев перед собой большую собачью морду, что вытащил из кармана пистолет и застрелил собаку.

— По-настоящему? — испугалась Барбара.

— Да, по-настоящему. Потом моему родственнику поставили даже памятник, но это его не оживило, — вздохнул Нильс.

— А того человека посадили в тюрьму? — стала выяснять Барбара с ноткой отмщения.

Нильс горько усмехнулся:

— Моя дорогая, людей никогда не сажают в тюрьму за убийство собаки. Но на самом деле это была красивая смерть собаки: благородно погибнуть, спасая человека. Такая героическая смерть делает честь каждой собаке.

Нильс положил голову на лапы и глубоко вздохнул.

— А я бы этого человека посадила в тюрьму, — сказала гневно Барбара. — А ты, Нильс, ты кого-нибудь спас… кроме меня?

— Да что я! — сказал Нильс скромно. — Я больше половины своей жизни прожил в городе, там снег увозят с улиц на грузовых машинах, что ты там будешь спасать… Ах да, один раз зимним утром я выкопал птичку из-под снежного сугроба возле стены дома, это был жаворонок или какая-то другая птичка.

— Городской жаворонок! — удивилась Барбара.

— Это было удивительно! Мне самому казалось странным, когда я, выйдя с хозяйкой погулять, вдруг почувствовал вблизи дома запах попавшего в беду существа. Было такое время, будто официально наступила весна. Но на самом деле еще была зима, и люди решили, что снег около стен домов нельзя разгребать, ведь снег в холодное время года сохраняет тепло внутри дома. Наверное, этот жаворонок, возвращаясь из южных стран, немного потерял голову, ведь он прилетел в холодные края так необдуманно рано… Может, птица, прилетев в город, надеялась получить помощь от людей. Когда я раскопал сугроб, маленькое тельце птички было совершенно холодным и окоченелым. Я даже подумал, что она уже не оживет, но пока я нес птицу хозяйке, она стала шевелиться в моей пасти, наверное, между челюстями было тепло. Хозяйка даже подумала, что это я задрал жаворонка, и несколько раз ударила меня по попке своей зеленой варежкой, приговаривая: «Нильс, тебе не стыдно?»

— Ну и что, осталась птичка живой?

— Да! Отец моей маленькой хозяйки потом объяснил девочке: то, что жаворонок попал в город, да еще в такой мороз, большое чудо, и если бы я его не спас, то весной в растаявшем снегу мы нашли бы трупик птички… Маленькая хозяйка обняла меня и спросила: «Нильс, ты на меня не сердишься?», а потом взяла мою голову в свои руки и потрясла ее. Нет, нет, Нильс не сердился на Марию! — вспоминал сенбернар. — Жаворонок до весны жил у нас в клетке, ведь его, шального, нельзя было держать на свободе, он не соблюдал чистоту, всюду гадил, однажды даже мне на голову… А весной мы отнесли птичку за город и выпустили на свободу. Тот лес, куда мы выпустили птичку, хозяева стали звать «Лес жаворонка».