— Может, хватит меня поучать?
— Жениться тебе пора! Вот окончишь институт, отец Полины пристроит тебя на хорошую должность, и давайте, женитесь уже.
— Можно я сам буду решать, что мне надо делать? — недовольно пробурчал он.
— Вижу я, какой ты самостоятельный! Стоило мне уехать, как ты домой начал водить непонятно кого. Устроил из квартиры бордель. Я сегодня уеду опять, но скоро вернусь, чтобы здесь был порядок. И больше никаких девок, ты меня понял?
— Давай потом об этом поговорим, ладно? А сейчас выйди, пожалуйста, из кухни. Мы чай попьём, а то она боится тебя, — попросил парень.
— Правильно делает, что боится. Куда только смотрят её родители?! — стала возмущаться Наталья Дмитриевна, покидая комнату.
Он забрал из ванной еле живую от страха Анжелу и с трудом уговорил её позавтракать. Когда они вышли на улицу к паршивому настроению добавилась ещё и пасмурная погода. Мелкий противный дождик орошал землю. Вот почему нельзя, чтобы был либо нормальный дождь, либо его не было, вообще? В институт она пришла в дурном расположении духа из — за того, что его родительница отреагировала на неё, как на какую-то гулящую девицу. Всё было серое и безжизненное, даже студенты. Встретив на крыльце своих однокурсниц, она выкинула из головы всё ненужное и вместе с ними поднялась в свою аудиторию.
На большой перемене она с подругами спустилась на первый этаж. Купив в буфете пирожки и кофе в пластиковых стаканчиках, они стали возле окна в фойе, и облокотившись на подоконник, рассматривали всех, проходивших мимо. На улицу выходить никто не хотел, потому что там шёл дождь. Роман с сокурсниками тоже был недалеко от них возле стендов, они о чём-то разговаривали и смеялись. Она смотрела на него, как на врага, думая о том, что теперь они больше не смогут жить вместе и придётся расстаться. И ненавидела его за то, что уже успела привыкнуть к нему. Он, в свою очередь, не сводил взгляд с неё, а его зазноба не спускала глаз с него.
— И за, что он тебе только нравится, Полина? — как бы невзначай промолвила она.
— Он зацепил меня с первой секунды, как я его увидела. Увлекли его глаза, приятный голос, руки и, вообще, он такой обаятельный и красивый! А, почему ты к нему так негативно относишься? — полюбопытствовала та.
— Я его презираю, потому что он обидел мою подругу. Как вижу таких доморощенных эротоманов, сразу злость просыпается. Так и хочется проучить его за все разбитые сердца, что этот подонок за собой оставил. И, ведь, ничего хорошего он из себя не представляет: ни ума, ни достоинства, а только безмерная самоуверенность, а девчонки на него клюют! Как мотыльки на огонь слетаются. И ты перед ним устоять не можешь! А ему бы поиграть, да поразвлечься, и успокоится он только к старости. Никого он, кроме себя не любит, и любить не будет. Он любит только любовь в чужих глазах, питается ею, как вампир и соблазняет всех только ради самоутверждения — вот, что противно.
— Сейчас, вообще, уже нормальных мужиков не осталось. Грубо говоря, они либо гомосеки, либо бабники. А он — худший представитель второй категории! — высказала своё мнение вторая приятельница.
— Ну и пусть я у него не одна, зато этот красавчик принадлежит мне. Никому не удавалось прибрать его к рукам, а у меня получилось! Раньше больше недели или двух он ни с кем не зависал, а со мной уже долго встречается, наверное, потому что я ему, действительно, нравлюсь?! — оправдывала себя его пассия.
— Неужели тебе не противно осознавать, что твой бойфренд спит с кем-то ещё?
— Прежде я с этим как-то мирилась, потому, что хотя бы пару дней в неделю, он проводил со мной. А теперь всё изменилось, мы уже давно не занимались сексом. Не могу понять, почему? Ведь, он и раньше ходил на сторону, но на меня время всегда находил. Я так боюсь его потерять!
— Может, он уже геем стал? — неудачно пошутила Ольга и засмеялась.
Они резко замолчали, потому что к ним подошли их парни. Максим, на удивление, поздоровался со своей половинкой и сделал комплимент и та на радостях повисла на его шее. Роман же не проявил внимание к брюнетке, поэтому она, надувшись, осталась стоять на месте. Однокурсница их кавалеров, которая в последнее время ходила с ними, тоже решила примоститься на подоконник, подвинув стоявшую с краю Полину. Та подсунулась ближе к Анжеле, отчего у неё сразу закружилась голова.