Девушка в ступоре смотрела на него, в его присутствии, она всегда теряла дар речи, адекватность и здравый смысл.
— Интересно, надолго ли тебя хватит?! Ничего, я терпеливая, подожду ещё немного, — снова взяла себя в руки она.
— Мне и самому это чертовски интересно. Ты такая смешная, меня это забавляет. Ждать она собралась. Жизнь слишком непредсказуема, чтобы строить какие-то планы. Чем быстрее ты примешь данную ситуацию, тем лучше будет для тебя и для нас обоих. А сейчас, будь так любезна, встань и приготовь мне поужинать, — потребовал он тоном, не терпящим возражений.
Она недовольно швырнула свой маникюрный набор и с обречённой покорностью вышла из комнаты. Ей ещё не хотелось есть, но она накрыла стол на двоих, чтобы показать, что лично ему она прислуживать не собирается. За ужином девушка, молча, ела с недовольным видом. А он не сводил с неё глаз, и злился за её строптивость и непокорность.
— Ты мне на работу приготовила обед? — строго спросил он.
— Приготовила, — сердито проговорила она.
— Если будешь хорошо себя вести, завтра поедешь домой. А то Барыккин там был и панику развёл, что ты пропала. Покажешься родителям, пусть убедятся, что с тобой всё в порядке, чтобы в розыск на тебя не подали, — решил он как-то разрядить эту негативную обстановку.
— Ты серьёзно? Правда, меня отпустишь? — оживилась она.
Роман кивнул головой и она, переполняемая нахлынувшими на неё радостными эмоциями, вскочила из — за стола, и не сдержавшись, обняла его и поцеловала в щёку. После ужина каждый был занят своими делами, он доделывал курсовой, а она уже строила планы на завтрашний день. Вечером Анжела, как обычно, приняла душ, но в постель не спешила. Её мучил один вопрос. Теперь, когда у них стало всё налаживаться, она осмелилась затронуть эту тему.
— Почему не ложишься? — не выдержал он.
— Я хотела с тобой поговорить… — нерешительно пролепетала она.
— Не сейчас, мне завтра рано на работу вставать, — он откинул одеяло на её половине кровати и похлопал ладонью по матрацу. — Иди ко мне, малыш.
Они снова утонули в водовороте страсти. Она наслаждалась его близостью, его телом, слушала дыхание и мечтала только об одном — чтобы этот миг длился вечно. Ему нравилось ощущать её тепло, чувствовать, как она млеет от каждого его прикосновения, как её податливое тело робко тает в его руках. Но в отличие от неё ему этого уже было мало. Он хотел большего… гораздо большего. Утром, когда она одевалась, собираясь домой, он отдал ей кольцо и поставил условие, чтобы она завтра в институте вернула его своему жениху, когда тот придёт к ней, если не хочет снова сидеть под замком. Перед тем, как выйти из дома, парень взял её за руку, и повернув к себе, неожиданно заявил:
— Только в институте ты будешь делать вид, что нас с тобой ничего не связывает.
Сжав губы, девушка изобразила улыбку, чем немало поразила его. Да, она тоже могла играть, при желании не хуже него и очень умело врала.
26
Когда Анжела подошла к остановке, почти сразу подъехал автобус. Через полчаса она была уже возле института. Стояла очень тёплая погода, видимо, лето не спешило сдаваться осени. Подул лёгкий ветерок, заставляя листья на деревьях зашевелиться. Как красиво на улице! И, ведь, многие эту красоту не замечают. У входа компания из пяти студенток хвалилась друг другу, где отдыхали летом, новыми обновками и поклонниками. Недалеко от них были и её девчонки, они всегда утром перед занятиями курили на крыльце. Когда она подходила к ним, прозвенел звонок. Одна из них прошла мимо неё и не сказала ни слова. «Значит всё — таки затаила обиду на меня, за то, что мы тогда не забрали её из сауны. Но, что я могла сделать? От меня ничего не зависило», — подумала она, глянув на ту. А вторая остановилась и вяло поприветствовала. Всегда весёлая, сегодня она выглядела «не фонтан». Её карие глаза взирали на мир совершенно безразлично. А с этой-то, что?
— И тебе здравствуй. Ты чего такая безжизненная? — кивнула она.
— Настроения нет, Ромка в последнее время охладел ко мне.
— Вы поссорились?
— Нет, постоянно занят чем-то. Только я знаю эти дела, очередная баба у него появилась, — высказала свою версию та, а её спутница стыдливо отвела глаза.