— Скажу… что переезжаю! Да… — Тут же поправилась она.
— Тогда так и сделаешь.
— Спасибо, господин!
«Въедливый ублюдок, чтоб ты сдох, отродье! Сука, блядь, тварь!»
Мария заметила моё недовольство, когда я опустил руку и несколько грубо впился пальцами в её волосы.
«Нет, нужно его задобрить…»
— Я прошу прощения, господин… — Залепетала женщина, наклонившись лицом к моему паху. — Клянусь, такого больше не повториться.
И, стараясь меня умаслить, Мария прижалась щекой к моему растущему стояку через штаны. Она всем своим видом показывала, что готова услужить. Собственно, это вообще была единственная причина, по чему она жива до сих пор. Мне, в какой-то мере, безумно нравилось трахать женщину, которая смиренно принимает мой член, но при этом яростно проклинает меня в своих мыслях. Подчиняется, выполняя любые мои приказы, хотя и ненавидит меня.
Но, похоже, я был слишком беспечен с этой курицей.
— Хорошо, посмотрим, сможешь ли ты заслужить прощение.
— Да!
Воодушевившись, она принялась расстёгивать мои штаны. Мне оставалось только наблюдать, как Мария старается, достав мой член и начав его ласкать. Взявшись за основание руками, она прильнула губами к головке, смачно посасывая её. Руки женщины принялись массировать ствол моего члена, скользя по нему вверх-вниз, в то время как Мария, веротяно в некоторой торопливой панике, начала активно двигать головой, беря в рот всё больше.
И, наконец, приобняв меня за талию, она подалась вперёд, полностью заглатывая мой член в своё горло, для чего ей пришлось принять более удобную позу, что выглядело ещё более развратно.
— Вот так, хорошо… с такими навыками, может ты и поживёшь подольше… — Прокомментировал я, взявшись покрепче за волосы женщины.
После чего, почувствовав прилив оргазма, излился спермой в её глотку.
— Умница… — Довольно похлопал я Марию ладонью по щеке.
В какой-то мере это работает. В смысле, кончив в рот мачехи, я испытал достаточное физическое удовольствие и облегчение, чтобы моё настроение улучшилось. И теперь мне не особо хотелось как-то сурово наказывать женщину, пребывая в отличном расположении духа. Но и просто вот так спускать подобное страшное предательство ведь нельзя.
— Будем считать, ты вымолила прощение, так что в этот раз я не убью тебя.
«Ублюдок, да что ты о себе возомнил? Паршивый вородок!»
— Но, то что я и не настолько беззубый, чтобы спустить тебе с рук это восстание. Ты будешь наказана.
— Н-не надо… подожди, я всё сделаю! Я заглажу свою вину! Я ведь во всём призналась… — Голос женщины дрогнул.
И она несколько нервно принялась заглаживать… в смысле, гладить мой член.
В её глазах реальность словно окрасилась алым, когда в памяти отчётливо проступил обжигающий холод вампирских когтей, рассекающих её плоть. Ей не хотелось снова это испытывать. Мария вообще оказалась очень нетерпима к боли. Весьма забавно для хладнокровного убийцы.
Ну, пока что она немного оттянула вынесение наказания, так как мой организм был весьма вынослив в сексуальном плане. Так что, я дал её возможность продолжать заглаживать свою вину дальше, а так же заглатывать и отсасывать.
Но, тем не менее…
Я не придумал ничего лучше, чем просто её выпороть.
Да, благодаря тому, что она хорошо меня ублажила, мне не хотелось наказывать её слишком строго. Но она всё ещё должна страдать, и должна быть наказана. Так что, связав ей руки, и привязав женщину ремнём к постели, обнажив её шикарную задницу, я хорошенько прошёлся по ней другим ремнём.
— Не думай, что я получаю от этого удовольствие. Это просто воспитание. — Поучаю женщину, что жалобно мычала через кожанный кляп.
Очередной удар ремня практически рвёт её кожу, оставляя кровавые отметины на ягодицах Марии.
Ну конечно же, это были не игривые пошлёпывания, а достаточно серьёзные удары, призванные вбить в эту сучку немного благоразумия через задницу. И, в процессе, я, разумеется, не удержался от того, чтобы не трахнуть связанную женщину. Но потом, когда закончил с ней, её истерзанная задница выглядела уже не так привлекательно. Практически фиолетовая, покрытая кровоточащими отметинами и сползающая лоскутами содранная кожа. Выпоратая задница Марии уже не вызывала плотского влечения, только некоторое отторжение.
— Ухнммм… — Тихо взвыла женщина, когда я обработал её раны.
— Да, я мог бы исцелить тебя своей кровью в одно мгновение, но, прими эту боль как урок, запомни это своим телом, что тебе ещё повезло отделаться так легко. И только потому, что пока твой бунт ещё не доставил мне проблем. Если подобное повториться, то так легко ты не отделаешься, даже если будешь остсасывать как богиня шлюх.