Домик был бедным, но чистеньким и уютным, ярко пылал огонь в очаге, неприхотливая, но от души предложенная еда казалась особенно вкусной, и руки Ниро снова приросли к лею, который теперь не кромсал душу в клочья - тихо говорил о своем, иногда лишь всхлипывая под вдруг сорвавшимися пальцами.
Когда пришло время уходить, маг нехотя поставил инструмент на скамью, и тот в ответ звякнул с явным сожалением.
- Возьми его, вы ведь не хотите расставаться, - спокойно предложила хозяйка, - Твои руки созданы для его струн.
- К сожалению, мои руки созданы не только для этого, - грустно усмехнулся маг, - да и с Гольдаром ему будет спокойнее.
Слушавшие разговор мальчишки почему-то даже не удивлялись тому, что о лее говорят как о живом существе. Гольдар набрал было воздуху, чтобы что-то сказать, но мать его опередила:
- Сыну я куплю новый лей, Римал поможет, - и юный певец согласно кивнул, - А этот, видно, ждал здесь тебя...
Ниро начал снова возражать, но тут к разговору присоединился Миура, вдруг тоже взявшийся убеждать его принять подарок, даже пообещавший везти его, как верный оруженосец. Пришлось уступить уговорам и собственному желанию и согласиться.
Хозяин постоялого двора проводил их на следующее утро с явным разочарованием - торговля не пошла, да и перстень Миуры продолжал притягивать его взгляд. Не смотря на то, что выехали рано, у городских ворот их уже ждали. На этот раз Римал приехал не один. Рядом с ним на высоком тонконогом рыжем жеребце - никак, дань уважения огненному покровителю - восседал пожилой рум, в котором явно угадывался вождь. Державшийся немного позади молодой парень вел двух груженых лошадей.
- Я не стану спрашивать, как и почему Огненногривый даровал вам свою благосклонность. Если он выбрал вас, значит, вы того достойны, - начал вождь.
- Нам нечего скрывать, - пожал плечами Ниро и рассказал о необычной встрече в степи.
Вождь тонко улыбнулся:
- Ты рассказал, как это было, но не о том, почему.
- Для нас самих это загадка, - чуть поклонившись, ответил маг, - Но думаю, причина - дело, к которому мы призваны.
- Если в вашем деле помогают даже румские духи-покровители, значит, и для нас честь вам помочь, - также слегка склонил голову вождь. По его знаку молодой рум подъехал ближе, подведя к друзьям лошадей. - Это хорошие кони, а в седельных сумках вы найдете все, что нужно для дальней дороги. И пусть ваш поход завершится удачно.
- Спасибо, вождь. Мы не забудем помощи румов, - от души поклонился маг, и Миура последовал его примеру.
- Что ж, помяните нас добром, - уже открыто улыбнулся седой вождь, - Прощайте, и пусть боги будут милостивы к вам.
Всадники развернулись и поскакали обратно в степь. Похоже, в племени Огненногривого не любили долгих церемоний. Ни Римал, ни юноша так и не проронили ни слова в присутствии вождя.
***
Чем ближе к северу, тем зеленее становилась степь по берегам Авины, и в конце концов появились небольшие перелески и заросшие овраги, что было очень даже кстати - в этих краях осень давно вступила в свои права, и в непогожие ночи под защитой деревьев было гораздо приятнее. А непогода словно испытывала терпение, пронизывающий холодный ветер и дождь стали постоянными спутниками путешественников.
Уже на второй день пути от Норлана выяснилось, почему Миура так просил мага взять лей.
Сидя вечером у костра и глядя в огонь, мальчик задумчиво поглаживал зачехленный инструмент. Поймав взгляд мага, тих сказал:
- Я хочу научиться играть. Научи меня, Ниро! Пожалуйста...
- Твой отец тоже просил его об этом, - не дав магу ответить, неожиданно подал голос Юн Чи, - Только терпения у него хватило не надолго.
Миура подался вперед:
- Отец? Он всегда любил слушать песни, но я не представляю его с леем в руках...
- Он очень хотел спеть для твоей матери, - улыбнулся Недомерок.
- Я терпеливый, - немного помолчав, снова начал Миура, - Научи!
Ниро глянул на руку мальчика, сжавшую гриф.
- Расчехли лей.
Струны удивленно дрогнули, поймав случайный вихрик. Ниро взял инструмент.
- Держат его так, - показал и передал назад, - Попробуй... Так. А теперь скажи, что ты больше всего любишь держать в руках?
- Не знаю... - задумался мальчишка. - Меч. Старые книги. Цветы.
- Хорошо. Пусть в левой руке у тебя - рукоять меча. Держи его крепко, но мягко. Под правым локтем - стопка очень старых книг, ты бережно несешь их. А под пальцами лепестки, упругие и нежные. Погладь их.
Тонкие пальцы Миуры прошлись по струнам, и Недомерок удивленно насторожил уши, прислушиваясь к сильному и чистому звуку. Даже ветер удивленно стих на минуту.
- Вот так! - улыбнулся Ниро, - А дальше - потом. Нам пора в путь.
Миура оказался способным и действительно терпеливым учеником. Уроки продолжались на каждом привале, а по ночам, сидя у костра на часах в свой черед, парнишка тихо перебирал струны. Чуткие уши Недомерка, не меньше двух спутников любившего музыку, поначалу страдали, и он старался расположиться подальше, но постепенно придвигался все ближе - разговор Миуры со струнами стало приятно слушать.
Наконец, когда земля стала настолько сырой, что конские копыта оставляли в ней глубокие следы, постепенно заполнявшиеся водой, между полосами ивняка и камышей, дорога окончательно исчезла. В обе стороны тянулся низкий болотистый берег, а впереди раскинулась широкая гладь озера.
- И что дальше? - поинтересовался Недомерок, - Как будем перебираться через Озерный край?
Озерным краем звалась обширная равнина по правому берегу Авины, заполненная бессчетными большими и маленькими озерами, соединенными запутанным лабиринтом проток. Все это вместе было кое-как проходимым лишь в небогатые дождями годы, да и то всегда существовала опасность заблудиться среди камышей и угодить в болото.
Ниро улыбнулся:
- Здесь живут друзья. Я думаю, нам помогут.
Поехали вдоль берега на запад. Через некоторое время Миура убедился, что озеро не было пустынным - за очередным поворотом в просвете между камышами открылось довольно большое селение. Правда, дома стояли на сваях прямо в воде, причем далеко от берега.
Ниро спешился. Юноша тоже спрыгнул с лошади, но тут же шарахнулся подальше - прямо из-под его ноги в близкую воду плюхнулось что-то довольно увесистое.
- Что это было?
Маг отошел на несколько шагов, высматривая что-то на берегу.
- Иди-ка сюда, только тихо. Вот оно, - указал осторожно подошедшему мальчику. В траве сидела здоровенная уродливая жаба. Раздутое, покрытое слизью тело в зелено-желто-коричневых разводах было покрыто бородавками. Не сразу увидавший спрятавшуюся в траве озерную хозяйку Миура едва не наступил на нее. С горловым возмущенным ворчанием жаба поспешила скрыться в воде с тем же, уже слышанным, звуком. Миура брезгливо передернулся, и чтобы сменить тему спросил:
- Как стоят дома? Ведь дерево, наверное, быстро сгнивает в воде? Или там каменные сваи?
- Нет, хотя мысль неплохая, - ответил маг, - Сваи из железного дерева. Конечно, оно очень дорого, зато может находиться в воде долгие годы. Ну и магия немного помогает.
- А почему они так живут - на воде? Можно ведь было построить деревню на берегу?
- Можно, - кивнул маг, - И когда-то так оно и было. Предки озерного народа жили на земле, как все. Но в степи, той самой, откуда мы сейчас пришли, обитали кочевники, чей огненный бог требовал жертв. Все окрестные народы страдали от их набегов, после себя эта дикая орда сжигала все и вся. Где-то строили высокие стены, здесь же на помощь пришла вода, и люди переселились под ее защиту. Кстати, Огненногривый покровитель здешних румов, так вовремя пришедший нам на помощь, мне кажется, мирный потомок того жестокого божества.
Тем временем их заметили - от селения к берегу направились две лодки. Одна, большая, из выбеленного дорогого дерева и с резной фигурой, украшенной золотыми накладками, могла принадлежать только старейшине, так что их встречали действительно как дорогих гостей, с почетом. Миура решил при случае выяснить историю этой дружбы. Вышедший из белой лодки высокий крепкий старик, действительно оказавшийся старейшиной, обнялся с Ниро, что еще больше разожгло любопытство мальчика, но спросить пока было не у кого - Недомерок вместе с лошадьми отправился в конюшню большого постоялого двора на берегу, где останавливались приезжающие торговцы. Мага же вместе с Миурой повезли в селение на сваях, где готовился праздник. Самое большое строение, опирающееся на целую рощицу свай, звалось общинным домом. Именно в нем скоро начался пир. Правда, как оказалось, пир был не в их честь - здесь праздновали свадьбу. Но Ниро со спутником оказались на самых почетных местах. Миура никогда не думал, что существует столько разных способов приготовления рыбы. Это разнообразие дополняли блюда из маринованных, соленых и еще кто знает как приготовленных водяных растений. И странно среди всего этого выглядело блюдо с, как показалось, ножками куропаток, тоже очень вкусно приготовленными.